В Санкт-Петербурге завершилась 14-я Европейская конференция органов, ответственных за организацию выборов. Её участники обсудили в том числе и проект Европейской конвенции об избирательном праве — документа, который станет обязательным для избирательных систем всех стран-участниц. О целесообразности принятия такого документа рассуждает эксперт Эдуард Черторинский:

Я не поддерживаю идею принятия транснационального документа по следующим причинам. У российского избирательного права есть определённая специфика — эта тенденция должна сохраняться и поддерживаться. Мне кажется, определённая унификация, в том числе инкорпорирование каких-то международных норм в российское избирательное законодательство — это хорошая идея, и она должна последовательно реализовываться, но при этом не должны ущемляться права обычных избирателей. Говорить о каких-то общих нормах и каком-то транснациональной документе в области избирательного права, мне кажется, преждевременно по причине разного отношения к выборам в европейских странах и в России, различным показателям по явке. С точки зрения защиты прав избирателя российское законодательство зачастую даже превышает европейские нормы. Возможно, это обусловлено доверием к институтам власти в нашей стране. За примерами ходить далеко не надо, если взять референдум о выходе Шотландии из состава Великобритании, когда при подсчёте голосов присутствовала наша делегация, она отметила, что в России подсчёт проводится гораздо более прозрачно. Наблюдатели включаются в этот процесс. Они стоят гораздо ближе непосредственно к месту подсчёта голосов. Последние выборы президента Франции показали, что у французских избирателей бюллетеней не было, а были просто бланки с именами кандидатов, которые избиратель запечатывал в конверт и опускал в ящик для голосования, а ему ставили печать на карту избирателя. Повторюсь, что с точки зрения защиты российское избирательное законодательство во многом превышает европейские стандарты из-за особенностей российского менталитета и доверия к институтам власти. В этой связи, пока само отношение российского электората не поменяется, принимать такого рода документы преждевременно.