1318410396_kriminalРоссийские власти предлагают смягчить Уголовный кодекс для представителей бизнеса и не наказывать за совершенные проступки в первый раз, если при этом они полностью возместили причиненный ущерб. Инициативу Кремля специально для «Давыдов.Индекс» прокомментировал председатель Дальневосточного объединения промышленников и предпринимателей Евгений Шулепов.

— Для начала давайте определимся с очками, через которые мы смотрим на какой-то конкретный поступок или проступок. В нашем случае очки — это российское законодательство. Вопрос в том, как определить, большой или маленький проступок совершен? Как исправлять того, что совершил правонарушение?

Не меняя всю структуру репрессивного законодательства, и самое главное, классовую нетерпимость к предпринимательству, вы ничего не измените. Представьте, я — полицейский. Передо мной лежит закон. Я пришел в ваше личное домохозяйство и говорю, у вас все не так, по закону нужно, чтобы все было по-другому. «Ком цу кундер», то есть идите в суд. Судья тоже такой же, как я. Он где воспитан? Среди нас. Судья говорит, да, вы нарушили здесь и здесь. И так далее.

Нужно смотреть причину явления, а не следствие: сажать или не сажать. Каждый год по 400-600 законов выходит. У нас единственных в мире соцсоревнование, кто больше законов примет.  Стахановский подход. И каждый год одно и то же.

Посмотрите, у нас отдельно существуют потребитель и производитель. При том что мы знаем, что сегодня ты производитель, а завтра пойдешь в магазин и станешь потребителем. У нас организована война с работодателями и работополучателями. И война эта везде, прежде всего — в фокусе нашего законодательства.

Бизнес — это коллективное явление. И ответственность за доходы, прибыль несет не только директор. Все делается общими руками. Но мы это фиксируем и говорим — именно вот этот имярек (директор) во всем этом виноват.

Извините, что я так завожусь. Но мы же этот законодательный фокус не наводим на депутатов, на тех, кого мы называем властью. Как будто они отдельная часть общества. Ну вот есть предприниматели, есть работодатели, есть работополучатели. Это отдельная каста. Все остальные — неприкасаемые. Прикасаем только бизнес в нашем правовом мировоззрении. Чисто советском, пролетарском мировоззрении. У нас нет золотой середины. И этими глазами, глазами нашего законодательства мы оцениваем естественную, обычную деятельность тех, кто назвался предпринимателем. И этот пролетарский угол зрения сегодня доминирует. А мы не знаем, что с ним делать.

Мы — я имею в виду тех, кто называет себя Право. Может, сразу голову отрубить? Или не сразу, а пилить потихонечку, долго? А, может, этот бизнес вообще не нужен?

Вот мы и мечемся из угла в угол, потому что наш закон насаждает только страх, страх перед предпринимательством. Бизнес — это не полено: хотим — рубим, хотим — в костер бросим. Необходимо объединение общих интересов, а у нас только разобщенность в обществе, деление.