uralsВ конце апреля стало известно о планах российских властей по созданию независимой торговой площадки, собственного нефтяного бенчмарка и проведения торгов в российской валюте. Речь идет о развитии Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой биржи (СПбМТСБ или Spimex), чтобы со временем переводить торги на отечественную валюту. Российские власти остаются недовольными высоким уровнем дисконта при установлении цен и пытаются снизить зависимость российского бенчмарка Urals от Brent.

Свою точку зрения на причины возникновения идеи и альтернативные варианты ее решения изложил политолог, директор Фонда национальной энергетической безопасности (ФЭНБ) Константин Симонов.

Политолог приводит в пример неудачу при создании «ОПЕК-2» в Дохе, когда Саудовская Аравия отказалась подписывать согласованный документ. Однако цены на нефть, вопреки ожиданиям, опускались недолго, а с 18 апреля цена пошла вверх и вернулась до 45 долларов за баррель. В изложении Константина Симонова эти колебания цен на нефть свидетельствуют о том, что главную роль играют не производители, а фондовые спекулянты, которые играют на росте или снижении.  Прежде всего речь идет о ICE, NYMEX и прочих основных площадках, где торговля бенчмарками нефти идет за доллары США. Америка выстраивала систему с 1980-х годов, когда стала лишаться контроля за добычей нефти, но решила компенсировать это контролем за ценообразованием. Urals привязана к Brent, соответственно, США могут контролировать нефтяные цены.

По мнению Константина Симонова, весеннее снижение доллара одновременно с подорожанием нефти связано с двумя желаниями США. Первое – «наказать Россию» по политическим причинам, второе – не уничтожить свою дорогую по себестоимости добычу сланцевой нефти. Отсутствие резко негативной реакции на события в Дохе на руку России, считает политолог, и говорит о том, что «мы в одной лодке» с американскими спекулянтами. В то же время Россия сильно зависит от чужого настроения, и попытка «поиграть» в ОПЕК-2 могла бы на что-то повлиять.

Из этого же разряда желание торговать Urals за рубли. Однако, как отмечает Константин Симонов, этому мешает девальвировавшийся рубль, а российскую нефть нельзя назвать незаменимым товаром (кроме Саудовской Аравии и США, еще есть Канада, Иран, Нигерия и другие страны). Большое количество игроков снижает страх перед монопоставщиком, но и не позволяет обязать всех «покупать завтра за рубли» на российской бирже.

Кроме того, уже есть неудачный пример запуска эталонного сорта нефти – REBCO в 2000-х годах. К более успешным директор ФЭНБ относит вывод на рынок марки ESPO, которая продается в Японию, Корею и Китай.

По мнению политолога, опираясь на успех ESPO, можно договориться с Китаем об отдельных торгах на этот сорт. Второй вариант – торговать за рубли не на нефтяном, а на газовом рынке, где роль России значительно весомее. Со стороны Европы могут быть отторжения и опасения, но, по выражению Константина Симонова, это вопрос курицы или яйца. «Если мы не начнем предлагать выгодные контракты с рублями, рубль никогда не станет крепкой и конвертируемой валютой. А вот если мы будем стимулировать приобретать рубли, чтобы торговать нашими энергоносителями, рубль постепенно будет более крепкой валютой», – заключает эксперт.