Эксперт Александр Качкин рассуждает о том, что россияне в среднем откладывают по 9 тыс. рублей в месяц:

На самом деле результаты очень неплохие и характеризуют достаточно высокий уровень финансовой грамотности населения. В экономике считается, что человек должен откладывать 10% от дохода на будущее, инвестировать в обеспеченную и комфортную старость. С учетом средней зарплаты по стране и коэффициента Джини, а также числа людей, находящихся за чертой бедности либо близко к ней, 8,7 тысячи рублей — достойный показатель.

Конечно, общие накопления с учетом инфляции будут невелики, но это  говорит лишь о том, что необходимо стабилизировать риски финансовой и производственной сфер, поскольку доходная часть даже по консервативным сценариям близка к нулю, а иногда и отрицательна. Кроме того, необходимо развивать парабанковский сектор, например, в сторону инвестиционного страхования. Но неизбежно возникает вопрос долгосрочного доверия и стабильности компаний.

 

Эксперт Александр Качкин рассуждает о том, что россияне перешли от покупок товаров с длительным сроком годности на свежую еду:

Исследование NielsenIQ показало, что в России спрос на продукты в 2021 году обогнал непродуктовые товары и увеличился вдвое — с 1,7% до 4,1% по сравнению с 2020 годом. А драйвером роста в 2021 году стали свежие продукты: фрукты, овощи, готовая еда. Тем самым мы наблюдаем определенную реструктуризацию спроса на продукты питания. Во-первых, в 2020 году преобладала традиционная реакция россиян на любой кризис, в данном случае на пандемию, – приобретение продуктов длительного хранения впрок. Покупали крупу, макароны, консервы. И вот уже скоро начнется третий год пандемии, а эти продукты не заканчиваются в магазинах. Видимо, произошло перенасыщение домашних полок заготовками впрок.

Во-вторых, мы знаем, что кратно возросла интернет-торговля и доставка. Это удобно, быстро, сокращает издержки по пути продуктов от прилавка к столу. Конечно, логично, что потребители таким способом покупают свежие и готовые продукты. В-третьих, преимущественными потребителями такого рода продуктов становится молодежь в возрасте от 25 до 40 лет, проживающая в крупных городах самостоятельно с своем или арендованном жилье. Широкое распространение получил дистанционный формат работы. Кроме того, наблюдения показывают, что молодые люди обоего пола не особенно любят, да и зачастую просто не умеют готовить себе еду в постоянном режиме. Именно они в первую очередь становятся клиентами служб доставки и покупают продукты, готовые сразу к употреблению. В итоге этот тренд на покупку свежей и готовой еды будет только усиливаться.

Эксперт Александр Качкин рассуждает о том, что россияне потратили более 64 млрд рублей на лекарства от COVID-19:

Думаю, что новость о том, что россияне потратили в 2021 году более 64 миллиардов рублей на лекарства против COVID-19, очень «обрадует» отечественных ковидиотов и антиваксеров, которые получают новое «доказательство» фармзаговора и существования фармакологического лобби. Мол, для этого все и затевалось. Неоднократная смена протоколов и методик лечения приводили к тому, что россияне сметали с полок аптек любые лекарственные препараты, невзирая на цены. При этом ни одна мировая компания не смогла разработать приемлемое лечение от коронавируса.

Сумма в 64 миллиарда рублей достаточно значительна, она сопоставима с 2-3 годовыми бюджетами здравоохранения некрупных субъектов РФ. При этом в расчете на одного человека поучается чуть меньше 500 рублей. То есть каждый россиянин, от младенца до старика, потратил в 2021 году около 500 рублей на лекарства от коронавируса. Вроде бы получается не так уж и много. Но это в среднем немного. Если брать отдельную семью (а болеют обычно сразу по несколько родственников), плюс временную утрату трудоспособности на достаточно длительный срок, то получается весьма существенная финансовая нагрузка.

Было бы правильным, если государство в условиях пандемии взяло бы на себя расходы на приобретение лекарственных препаратов и разработало механизмы компенсации этих трат. Конечно, такой механизм должен учитывать принцип нуждаемости. Но этого сделано не было. Нагрузка полностью легла на плечи россиян. Так же, как и выходные ограничительные дни оплатили из своего кармана работодатели, представители малого и среднего бизнеса, а в конечном счете – все граждане России.

Эксперт Александр Качкин рассуждает о том, что эксперты назвали самые тревожные регионы России:

Индекс тревожности, составленный аналитиками КРОС, показывает как рейтинг фобий среди россиян, так и географию распространения тревожностей в субъектах РФ. Думаю, очевидно, что наибольшую тревогу вызывают темы, связанные с продолжающейся пандемией COVID-19 — это страхи новой волны коронавируса, неприятие обязательной вакцинации и, соответственно, страх перед ней. Понятно, что СМИ и соцсети активно реагируют и формируют дискурс практически любых неприятных процессов и событий, вызывающих у людей экзистенциальный страх.

Это страх и беспомощность перед государством, страх перед бедностью, страх перед насилием и преступлением, страх перед природными стихиями. Весь этот комплекс и составляет дисплей фобий современного россиянина. По сути, мы не сильно отличаемся от людей прошлых веков. Что касается определения наиболее тревожных регионов России, то здесь, на мой взгляд, есть три доминирующих фактора, влияющих на распределение тревожности. Во-первых, всегда будут лидировать регионы с большей численностью населения, поскольку методика исследования в конечном счете предполагает количественный счет числа сообщений. Это Москва, Санкт-Перетбург, мегаполисы и крупные агломерации. Во-вторых, это кейсы, имевшие место в том или ином городе, как, например, стрельба в вузе в Перми. В-третьих, во многом определяющим является развитость и условная, конечно, независимость СМИ и свобода соцсетей. Этим объясняется, например, что практически все северокавказские регионы составили пояс «невозмутимых» регионов.

Эксперт Александр Качкин рассуждает о том, что половина россиян негативно отнеслись к идее отказаться от бумажных денег:

Причины, почему половина россиян негативно отнеслись к идее отказаться от бумажных денег, как это следует из недавнего опроса ВЦИОМ, очевидны. Это инерция привычных социальных практик. Трудно отказаться от того, к чему ты привык практически с рождения и что составляло чуть ли не основу мироустройства многих поколений людей.

Другая немаловажная причина неготовности перейти на безналичный расчет связана традиционно с недоверием многих россиян к государственным институтам. Несмотря на то, что абсолютное большинство кредитно-финансовых организаций являются коммерческими, а не государственными, в восприятии россиян банки неразрывно связаны с государством и государственной политикой. Кроме того, полагаю, что пластиковые карты у россиян прочно ассоциируются с мошенническими операциями и обманом.

И еще один немаловажный момент. Думаю, что для кого-то нежелание полностью переходить на безналичный расчет связано с опасениями тотального контроля государственных силовых и контролирующих органов над их доходами и расходами.

Эксперт Александр Качкин рассуждает о том, что самозанятым хотят создать единый пенсионный план:

У пенсионных накоплений должно быть несколько базовых критериев. Среди них — надежность и доверие к кредитным организациям. Если надежность, то значит неприсковость распоряжения накоплениями, а следовательно, доходность по таким вкладам не может быть высоким. Что касается доверия, то сейчас наблюдается низкий уровень доверия к любым государственным и полугосударственным институтам, тем более к пенсионной системе.

Я не уверен, что предложение по созданию единого пенсионного плана для самозанятых, работающих на крупные платформенные экосистемы, сразу станет пользоваться спросом у таких работников. Но пробовать, экспериментировать надо обязательно. Думаю, что нужно разрабатывать комплексные программы пенсионной поддержки различных категорий работников, включая фрилансеров и платформенных занятых, которые включали бы стимулирующие инструменты как для самих работников, так и для работодателей. Идеальным было бы решение об обязательных отчислениях с любого белого заработка на специальные индивидуальные пенсионные счета каждого гражданина при сокращении социальных выплат в пенсионный фонд.

Эксперт Александр Качкин рассуждает о том, что уровень оптимизма бизнесменов в России достигает 87%:

Международное исследование, проведенное Wakefield Research по заказу международной платежной системы Visa, констатирует, что в России на момент организации опроса доля оптимистично настроенных предпринимателей, уверенных в успешном развитии бизнеса, оказалось одним из самых высоких в мире и составило 87%. Я вижу несколько объяснений этому феномену. Во-первых, за период пандемии бизнес оправился от шока и смог выработать эффективные ответы на вызов ковида. Это электронная торговля, бесконтактные платежи, цифровые решения ведения бизнеса и так далее.

Во-вторых, парадоксальным образом оптимизм предпринимателей определяется нынешним тяжелым положением бизнеса. Когда находишься на дне, любой шаг кажется движением вверх. В-третьих, время проведения опроса, лето 2021 года, это период, когда стала спадать третья волна ковида, но не началась еще четвертая. И это также повышало настроение. Думаю, что если бы опрос проводился во второй половине сентября, результаты были другими.

Эксперт Александр Качкин рассуждает о том, что менее половины россиян имеют сбережения:

В исследовании финансового маркетплейса «Юником24» есть несколько интересных сюжетов. Прежде всего, бросается в глаза имеющееся противоречие. 45% респондентов отметили, что имеют накопления. И при этом 85% участников опроса сообщают, что имеющихся сбережений им хватит на 3 месяца. Я очень надеюсь, что это недочет интерпретаторов опроса и проблемы понимания данных. Иначе объяснить это противоречие очень трудно.

Второй момент. Из 45% тех, кто имеют накопления, только 15% откладывают средства на регулярной основе. Очень немного. Думаю, что здесь могут быть два основных объяснения. Во-первых, у абсолютного большинства россиян отсутствует физическая возможность откладывать средства. Денег для этого просто не остается.

Во-вторых, думаю, что в финансовом поведении россиян преобладают две модели. Потребительская модель – в условиях товарного изобилия, появления новых моделей (одежды, обуви, гаджетов, автомобилей, бытовой техники, материалов для ремонта и т.д.) люди втягиваются в практически бесконечную потребительскую гонку.

Во-вторых, кризисная модель финансового поведения. В условиях инфляции и перманентного экономического кризиса деньги надо тратить здесь и теперь, нет смысла их откладывать на потом. Третий момент. Хочу отметить, что среди тех респондентов, кто имеет накопления, 20% готовят «подушку безопасности» и 10% откладывают «на старость». По-моему, это хороший симптом. В  России формируется культура накоплений. Какая-то часть людей, и я уверен, что увеличивающаяся, готова к накоплениям «на потом». Это важный шаг к неизбежной полной реформе пенсионной системы, к переходу на накопительную пенсию. Сейчас государству важно поддержать эти ростки. И, прежде всего, гарантировать безопасность и сохранность накоплений.

Эксперт Александр Качкин рассуждает о том, что Росстат подсчитал стоимость набора вещей для первоклассника:

Результаты исследования показывают, что рост все-таки есть. Собрать ребенка в школу по-прежнему дорого. Сегодня очень много говорится о поддержке семей с детьми, о решении демографических проблем. Не знаю, по-моему это очевидные вещи, и ход рассуждений приведет к двум банальным выводам. Бедность провоцирует боязнь заводить детей в ответственных семьях. А вот в безответственных, которые в большей степени реагируют на прямые меры поддержки, будет воспроизводиться неблагополучие. 

Второй вывод — высокий уровень дохода не стимулирует рождение детей. То есть те, кто могут себе безболезненно для семейного бюджета позволить собрать детей в школу, не очень-то расположены их рожать. А для тех, кто испытывает материальные трудности, существующие не адресные, веерные меры государственной помощи — это капля в море. Они ничего не меняют.

Эксперт Александр Качкин рассуждает о том, что каждый пятый россиянин планирует закончить работать до 55 лет:

Исследование, которое провели Работа.ру и СберНПФ по теме отношения россиян к пенсии, достаточно трудно комментировать. Так, например, организаторы опроса заявляют, что каждый пятый россиянин планирует завершить свою трудовую деятельность до 55 лет. Совершенно непонятно, кто эти 20% россиян, какими характеристиками они обладают, какие у них мотивы. Это бизнесмены, наемные работники, люди творческих профессий? Не очень понятно, как звучал вопрос, и что значит слово «планируют» в выводах исследователей. «Хотели бы» и «планируют» – это совсем разные смыслы.

У меня в связи с этим одно предположение – такой результат свидетельствует о том, что более чем у 20% россиян имеются устойчивые дополнительные доходы помимо доходов с основной работы. И скорее всего, это неформальные доходы.

Еще один интересный момент. Значительное число респондентов демонстрируют готовность начать подготовку к пенсии – формировать накопления, инвестировать в объекты, которые в последующем смогут приносить устойчивый регулярный доход. Это свидетельствует о том, что все больше россиян принимают европейское отношение к пенсии.

И обращу внимание на еще один момент. Так или иначе, россияне продолжают ждать начисления пенсии и ждут этого момента, чтобы затем сразу прекратить трудовую деятельность. Получается, что пенсия – это все-таки главная опора в старости.