Эксперт Александр Разуваев рассуждает о том, что в России создали нейросеть для прогнозирования кризисов на фондовом рынке:

Всевозможные системы прогнозирования динамики фондового рынка и кризисов на нем существуют уже лет 20, если не больше. По крайней мере, лет 20 назад все заговорили о создании таких систем, прогнозы которых обязательно будут рабочими. Но все это оказалось в основном рекламными обещаниями. По крайней мере, ни одна система не спрогнозировала крах Lehman Brothers (или любой другой финансовой компании такого размера) и кризис 2008 года.

Нашу историю с санкциями из-за Крыма тоже ни одна система не смогла спрогнозировать, насколько мне известно. Конечно, кто-то скажет, что в других случаях их система показала правильный результат. Но это тоже не очень убедительно: даже стоящие часы два раза в сутки показывают правильное время. Так что рынок – это настолько сложная и тонкая история, что сложно ожидать от него предсказуемости на уровне, доступном искусственному интеллекту.

Это как с программой игры в шахматы. Мой покойный отец, Юрий Сергеевич (в свое время он играл за сборную СССР по шахматам, а потом тренировал шахматистов для сборной России) говорил, что хотя делаются попытки создать суперпрограмму, которая будет всегда выигрывать, добиться этого нельзя. Да, программа просчитывает ходы быстрее даже лучшего гроссмейстера. Но она не может быть бойцом, а это нужно для победы. Нужно, чтобы программу направлял человек, гроссмейстер. Только такое сочетание будет реально сильным.

Программы, которые способны анализировать рынок, также должен направлять человек. Тем более что рынок базируется не на мудреных финансовых моделях, а на оценке компаний на основе мультипликаторов. Рынок оценивает прибыль, выручку – и события. Условно говоря, в зависимости от того, договорятся или не нет Путин с Трампом, ваша ставка на рынке окажется правильной или неправильной.

Или, скажем, в ситуации 1998 года, когда Ельцин заявил, что девальвации не будет, некоторые люди, зная ситуацию с бюджетом и имея представление о том, насколько Ельцин вообще контролирует происходящее в стране, способны были понять, следует ли полагаться на его слова или лучше купить валюту и забрать деньги из банка, пока есть возможность. Вот так, на истолковании сочетания различных факторов и определения из них самых важных, лучшие прогнозы и работают.

А искусственный интеллект, несмотря на быстродействие и возможности охвата больших объемов информации, в этом не особо помогает. Он может использоваться лишь для более простых вещей. И мне кажется, что само его развитие должно направляться человеком, иначе оно может оказаться бесполезным. Как, например, бесполезны указания умных домашних устройств человеку, что и когда ему нужно делать. А такие ситуации уже возникают: умные кухонные комбайны, например, делают замечания владельцам, если те зачем-то прерываются на иные занятия.

В общем, я бы не переоценивал важность новости о создании нейросети для прогнозов по фондовому рынку. Это годится для того, чтобы производить впечатление на клиентов, но не для работу. Ведь тут все будет зависеть от того, какие данные изначально в нейросеть вводят – а их никто не станет проверять. Как было с греками при вхождении в зону евро: они представили выдуманные макроэкономические показатели, их никто не проверил – и мы все помним, что именно получилось в итоге с их валютой и долгом.

В общем, прогнозировать ситуацию на фондовом рынке очень непросто. И нейросеть тут будет давать неверную информацию.

Эксперт Александр Разуваев рассуждает о том, что ВС защитит миноритарных акционеров от размытия доли в уставном капитале:

Размытие доли миноритариев в уставном капитале компании с помощью эмиссии – дело не уникальное. Достаточно вспомнить, как падали бумаги «Группы Позитив», когда они объявили дополнительную эмиссию. Там все оказалось нестрашно, но рынок все равно воспринял происходящее очень негативно. А лет 20−30 назад истории о том, как после допэмиссии чьи-то 10% акций компаний превращались в 1%, причем деньги как вошли в компанию, так и ушли, вообще происходили сплошь и рядом. И миноритарии очень боялись этого, потому что защитить себя по закону никак не могли.

Отрадно, что наши власти теперь занимаются защитой прав миноритарных акционеров. Ведь корпоративное управление очень важно: это должно помочь в капитализации рынка. В принципе, формально в допэмиссии нет ничего страшного, если деньги реально приходят в компанию и там работают. Хотя действительно одно упоминание о допэмиссии уже приводит к падению бумаг, потому что инвесторы очень боятся ее последствий. И, так или иначе, в большинстве случаев происходит размытие долей акционеров.

И если у вас на акцию приходилось 10 рублей прибыли, то после допэмиссии будет приходиться 5 или даже 3 рубля. То есть сами акции в цене будут падать. Это момент очень и очень болезненный, и вопрос о том, что тут делать, по-прежнему стоит, хотя и не столь остро, сколь 20−30 лет назад. Если это будет жестко регулироваться и миноритарии реально смогут блокировать допэмиссию, будет очень хорошо. Потому что риски размытия долей – наверное, в числе главных из всех, что существуют сейчас при инвестициях в наши акции.

Как тогда стимулировать менеджмент? Да никак, пускай покупают бумаги с рынка и потом в качестве бонусов выдают управляющим. Либо можно размер бонуса менеджмента жестко привязать к размеру прибыли по международным стандартам учета. Может быть, так даже лучше. Есть еще вариант расчета бонуса на основе разницы курсов акций на одну и ту же дату разных лет: эту разницу умножают на количество акций. Такой бонус выплачивается, а акционерный капитал при этом не меняется, так что миноритарии довольны.

Подобный подход применяли в «Лукойле», это я точно знаю. Обычно эти программы не афишируются, но и слишком не скрываются – где-нибудь в годовом отчете можно найти эти сведения.

В общем, допэмиссия – всегда плохая история, если только речь не идет о выходе на IPO, когда миноритариев еще нет. Но по-другому с допэмиссиями было лишь в начале 1990-х, когда была высокая инфляция. Тогда банки, чтобы поддерживать свой капитал, постоянно проводили допэмиссии. При этом обычно миноритарии не страдали, потому что им предлагали купить акции допэмиссии по более комфортным ценам, чем тем, кто не входил ранее в число акционеров. Впрочем, сейчас все-таки инфляция не такая большая, и подобных историй мы не видим.

Повторю: то, что власти этим занялись, очень хорошо. Вообще видно, что они в этом году озабочены капитализацией нашего рынка, и это прекрасно. А то с началом СВО про инвесторов, брокеров и так далее власти забыли. И, конечно, хорошо было бы, если бы триллион рублей, о намерении вложить который в рынок правительство говорило сразу после начала СВО, был вложен. Особенно если мы хотим выполнить к 2030 году план Путина об удвоении капитализации этого рынка.

Эксперт Александр Разуваев рассуждает о том, что ЦБ пообещал установить «разумный» срок для замены Visa и Mastercard:

В решении Центрального банка все же ограничить срок действия банковских карт платежных система Visa и Mastercard нет ничего удивительного. У любой банковской карты есть срок действия, и когда он заканчивается, ее перевыпускают. Это только в последние годы банки делали пролонгацию карты, а раньше перевыпуск был обязательным.

Кроме того, у нас, в принципе, была надежда, что антироссийские санкции хотя бы частично снимут и что тогда Visa с Mastercard будут работать у нас так же, как и раньше. Но этого не случилось и, видимо, пока не ожидается. Обе платежные системы к нам не возвращаются. Поэтому разумно перейти на «Мир», отечественную платежную систему.

Сам я, к слову, сделал это еще в конце 2022 года, хотя одна карточка «Мир» у меня была и прежде. Сейчас у меня две таких карты, да и почти любой человек, по-моему, имеет, во избежание любых проблем, больше одной.

В общем, уже ясно, что своего рода «железный занавес» в банковской сфере для россиян сохраняется. Так что у нас достаточно разумно поступают, полностью отказываясь наконец от карт Visa и Mastercard. Чисто технически это несложно, а для граждан – тем более: нужно просто дойти до банка и поменять свои карты.

Думаю, никаких очередей при этом не будет, потому что перевод всех карт на «Мир» будет производиться постепенно. Ничего сложного или страшного я в этом не вижу.

Эксперт Александр Разуваев рассуждает о том, что объем дефолтов по высокорисковым бумагам превысил 19 млрд рублей:

В принципе, дефолты для сегмента высокорисковых бумаг – явление вполне нормальное. Но чем более рискованна облигация, тем выше ее доходность. Пока ключевая ставка только начала снижение, и это не сильно отразилось на ситуации. Но ждем пятницу – посмотрим, что будет с ключевой.

Кстати, западники вообще пишут, что во втором полугодии этого года наши банки столкнутся с невозвратом по рисковым кредитам. Высокорисковые облигации – это, в принципе, то же самое. Так что вся надежда на то, что деньги будут дешевле, поскольку ключ снизится до 15% к концу года. Но, повторю, дефолты в сегменте высокодоходных облигаций – это норма, потому что это крайне рисковая история.

Есть еще один момент, связанный со снижением ставок, – рост котировок бондов. Банкам от этого будет получше, потому что, если потребуется, они продадут эти облигации – и все у них будет хорошо. В любом случае, из-за высокой ключевой ставки экономика испытывает достаточно серьезный стресс, и вечно это продолжаться не может. Видимо, именно поэтому ЦБ уже начал снижать ключ, избегая каких-то очень серьезных последствий.

Что касается вопроса о покупке рисковых бондов, то я бы их не покупал: отбивать эти деньги, если что – это целая история с непонятным концом.

Когда-то я собеседовал одного человека, который говорил, что у них в банке принцип таков: если все с высокодоходными бумагами пройдет хорошо, то управленцы получат бонус, а если не хорошо – откроют новый банк. Если подходить к вопросу так, то, наверное, можно покупать. А если подходить серьезно, то все же не стоит. Я бы точно такие бонды не покупал.

Эксперт Александр Разуваев рассуждает о том, что опрошенные ЦБ аналитики улучшили прогноз инфляции и курса рубля:

Я думаю, что по итогам года инфляция действительно будет 6−7%. При этом я не считаю, будто в следующем году ЦБ удастся сбить ее до 4%. Ключевая ставка на конец года, на мой взгляд, составит 16%. Кто-то считает, что 15%, но я смотрю на это более консервативно.

А вот курс рубля – это больная тема. Дефицит бюджета на год у нас уже практически выполнен, значит, надо что-то делать. Думаю, без девальвации рубля мы не обойдемся, иначе бюджет не сойдется. И, на мой взгляд, на конец года курс будет все-таки на уровне 100 рублей за доллар. А все разговоры о том, что будет 50 и даже 30 рублей за доллар – просто какое-то мракобесие.

При 100 рублях за доллар бюджету будет лучше, да и экспортеры себя почувствуют лучше. Интересно, что люди, которые редко что-то говорят на эту тему, а если уж говорят, то отвечают за свои слова – скажем, представители «Роснефти», «Северстали» – говорили, что при дешевом рубле многие производственные цепочки становятся нерентабельными. Поэтому я надеюсь, что будет сотка. Но всегда говорю, что вы если хотите сыграть на ослабление рубля, покупайте фонды золота.

И да, отсечка по «Сургутнефтегазу» прошла и доходность была очень хорошей. Но люди опасаются, что рубль останется крепким до конца года, префы «Сургутнефтегаза» заплатят символические дивиденды по итогам 2025 года, потому что сам «Сургут» по итогам года покажет убыток. Я так не думаю – я думаю, что все-таки рубль вернется на адекватный уровень, и «Сургутнефтегаз» заплатит нормальные дивиденды.

Более того, когда-нибудь (мы не знаем когда, но когда-нибудь точно) кэш «Сургута», а это 70 миллиардов долларов, найдет свое применение. Либо пойдет на дивиденды, либо будет совершена покупка. Это вопрос политический, но, в принципе, можно продать «Сургуту» «Газпромнефть», объявить в «Газпроме» дивиденды на часть этих денег – и деньги уйдут в казну. А главное, можно не повышать тарифы на газ в стране так сильно – и, соответственно не будут расти тарифы на электроэнергию для граждан.

Надо представлять себе, как работает экономика. И надо понимать, что ни одна компания не будет работать ниже себестоимости. Поэтому мы заинтересованы в том, чтобы внутренние тарифы на газ не росли. Я хорошо помню, как в конце прошлого года подняли налоги для «Транснефти». И та тут же подняла тарифы на свои услуги, а по цепочке это сказалось на инфляции. Это нормально – это то же самое, что просить повышения зарплаты при инфляции, поскольку расходы увеличиваются. С тарифами все так же.

И, кстати, инфляцию издержек ЦБ не удастся победить – просто потому, что на нее нельзя влиять монетарными методами. Если тарифы повышаются, уже неважно, какая там ставка ЦБ и так далее.

Эксперт Александр Разуваев рассуждает о том, что к концу лета курс доллара может достигнуть 80 руб./$ из-за новых пошлин Трампа:

На фоне нынешнего бюджетного дефицита я надеюсь, что к концу лета курс доллара к рублю будет повыше, чем 80. У нас ведь уже бюджетный дефицит почти такой, какой запланирован на весь год.

В принципе, политика Трампа чревата рецессией в Америке и в мире – везде. А рецессия – это падение цен на нефть, что плохо для рубля. Но Трамп на деле все время меняет свою политику: то вводит, то не вводит пошлины.

Поэтому сказать, что именно случится, достаточно сложно. Если вдруг он все-таки реально начнет отменять антироссийские санкции (а немного он их уже отменил) – например, санкции против Мосбиржы и так далее, это для рубля будет хорошо.

Но все-таки тема бюджетного дефицита для рубля – главная. Поэтому я думаю, что на конец лета курс будет даже повыше, чем 80. А пошлины и тарифы, которые вводит Трамп… дай Бог, он не заиграется и рецессии не будет. А если будет, нефть упадет – и рубль будет подешевле.

Но все равно не будет таких ужасов, как в начале СВО или в мировой валютный кризис в 2014 году. Потому что мы сейчас – намного более устойчивая экономика, чем в те времена.

Эксперт Александр Разуваев рассуждает о том, что Кремль приоткрывает фондовый рынок для недружественных нерезидентов:

Изначально на нашем фондовом рынке нерезиденты составляли основу. 90% оборота на этом рынке в 1995 году составляли средства нерезидентов. Эта доля потихонечку снижалась: в 2008 году их было уже было 50%, а перед СВО – 35%. И понятно, что решения о гарантиях для новых вложений нерезидентов принимаются в первую очередь для американцев – для их фондов, которые играли ведущую роль на наших торговых площадках.

Без американских денег нельзя будет поднять капитализацию таких компаний, как «Лукойл», «Норникель», «Роснефть» и так далее, потому что очень велик free-float (доля ценных бумаг в свободном обращении – прим.ред.) Компании второго эшелона – та же «Группа «Позитив»», например, – на наших деньгах могут расти без проблем. А вот основные «голубые фишки» – никак. А у нас стоит таргет к 2030 году удвоить долю капитализации ВВП, подняв ее до 66%.

Так что решения относительно нерезидентов принимаются сейчас для того, чтобы поднять котировки. И это очень хорошая новость для инвесторов.

Конечно, они будут вкладывать не только в основные наши «фишки», но и во второй, в третий эшелон. Так что эти компании тоже могут подорожать, причем на этих деньгах достаточно быстро. Но все же это делается прежде всего для наших «голубых фишек».

И, фактически, это – такой реверанс в сторону Трампа. Мы ведь надеемся, что все-таки будет отмена санкций против Мосбиржи. Посмотрим, будет ли. Но Россия, как показывают эти решения, идет навстречу США, и это очень хорошая новость для инвесторов.

Эксперт Александр Разуваев рассуждает о том, что Путин поручил разработать налоговые льготы для инвесторов при IPO и SPO:

Налоговые льготы для инвесторов – это очень и очень хорошо. Скорее всего, в поручении имеется в виду курс, то есть тот факт, что не будет облагаться налогом прибыль от продажи акций. Но я бы, конечно, сделал необлагаемыми налогом еще и дивиденды, потому что они выплачиваются из чистой прибыли после вычета всех налогов.

Прежде всего, как я понимаю, новшество коснется высокотехнологичных компаний. У нас есть примеры размещения многих компаний из этого сектора. Группа «Позитив» тут – самая известная, но можно назвать еще и IVA Technologies, и другие компании. Это нужно, чтобы деньги шли в высокотехнологичный сектор. Время для этого выбрано очень удачное, потому что ключевая ставка идет вниз, и будет переток денег на фондовый рынок.

Не знаю, затронет ли это сделки по приватизации – например, «Дом.РФ». Надеюсь, что да. Вообще говоря, я бы, пускай временно, на несколько лет, но для физических лиц, которые в лоб покупают на московской бирже через брокеров, все налоги отменил. У российских граждан на руках сейчас находится 80 миллиардов долларов (год назад было 103, кстати, но все равно осталось очень много. И хорошо было бы, чтобы они все пошли на фондовый рынок).

Тогда россияне смогут и зарабатывать внутри России и вкладывать заработанное внутри России – в акции, в облигации и так далее. Я всегда говорю, что это необходимо, чтобы быть патриотом России.

Так что идея, которую выдвинул президент, очень своевременна, и надеюсь, будет работать. Говорю это в том числе как инвестор – у меня есть портфель акций. Да, налоги у нас не такие уж большие, но лучше бы, чтобы инвестиции ими не облагались.

Эксперт Александр Разуваев рассуждает о том, что россияне скоро начнут переводить сбережения на фондовый рынок:

Снижение ключевой ставки, конечно, будет способствовать перетоку сбережений граждан на рынок акций – особенно когда ключ будет где-нибудь на уровне 16%, то есть сопоставим с дивидендной доходностью «фишек». Потому что все-таки доходность в 20% – наверное, дает только «Сургутнефтегаз», и все. А пока этот процесс вряд ли пойдет. Но, может быть, мы увидим его к концу года.

Плюс у нас будет приватизация: Путин подписал решение о приватизации «Дом.РФ» с сохранением контрольного пакета акций за государством. Может быть, и еще что-то такое будет. Но все же этот переток средств не будет массовым и серьезно не скажется на котировках. Масштабный переток может быть только в том случае, если ключ будет 10% и ниже, а такого уровня я пока не ожидаю. Я уже говорил, что летом ключевая ставка может достигнуть 12-13% – но дальше снижаться вряд ли будет.

Поэтому, на мой взгляд, пока все останется примерно как есть. Чтобы поднять индексы серьезно, нужны все-таки западные деньги, то есть американские. Я надеюсь, санкции против Мосбиржи будут все же сняты – и американцы смогут покупать наши акции и облигации, как в старые добрые времена. Для них дивидендная доходность в 15% – это очень много. У S&P дивидендная доходность составляет всего 1,5%, а тут 15%! Десятикратно различается.

А внутренними деньгами мы сильно рынок не поднимем. Мы можем поднять только какие-то интересные бумаги с небольшой капитализацией фрифлоута, то есть второй-третий эшелон. А такие «фишки», как «Лукойл», «Сбер», «Норникель» сильно поднять мы не можем. Наш фондовый рынок – очень дешевый, капитализация – 26% от ВВП. Но акции растут, когда они покупаются инвесторами, а не когда индикаторы хороши.

Вот если американцы посмотрят на наши индикаторы и бросятся покупать, акции вырастут серьезно. А пока этого нет, мы расти будем, но это не будет какой-то супермасштабный процесс. Может подорожать что-то из второго и третьего эшелона (и сильно подорожать). Я верю в «Группу «Позитив»», например – она вернется на свои 3000 рублей к концу года за счет хорошей выручки. Есть возможность с префами той же «Татнефти» или «Транснефти» – там все-таки не такая большая доля бумаг на рынке.

Но пока говорить о том, что как только ключ пошел вниз, все побежали покупать акции, точно не стоит. И, в общем, это разумно – так как сохраняется большая разница между ставками по вкладам и инфляцией. Если инфляция у нас, грубо говоря, составляет 10%, а ставка по вкладам – 18−19%, то такая разница – это много. И никаких явных изменений в финансовом поведении людей в ближайшее время не будет.

Эксперт Александр Разуваев рассуждает о том, что Банк России снизил ключевую ставку впервые за три года:

На самом деле, вкладчики находятся в расстройстве, и у нас на руках 60 триллионов рублей вкладов. Рынок ожидал, что ключевую процентную ставку оставят без изменений, и теперь, с понедельника, банки начнут активно снижать ставки по вкладам. Я предполагаю, что это снижение будет более чем на 1%. Мы вступили в новый цикл.

Конечно, все сектора экономики, кроме тех, что связаны с СВО, поддерживаются Центральным банком. Особенно это касается кибербезопасности и информационных технологий. В прошлом году, когда ключевая ставка была высокой, многие компании сокращали расходы на IT. Однако сейчас мы видим, что кибербезопасность становится важным направлением.

Высокая ключевая ставка обременяет Минфин, который платит дорого за свои займы. Кроме того, необходимо стимулировать ослабление рубля, что также сказывается на бюджете. Несмотря на то, что Центральный банк считается независимым, как и Федрезерв, ситуация с бюджетом остается актуальной. Поэтому решение о снижении ставки выглядит вполне логичным.

Что касается вкладчиков, важно учитывать, как ставки по вкладам соотносятся с инфляцией. Годовая инфляция составляет примерно 10%, а ставки по вкладам должны быть чуть ниже ключевой ставки. Пока вклады остаются одним из самых интересных инструментов для инвестиций.

С началом цикла снижения ключевой ставки часть денег может перейти в фондовый рынок или даже в приватизацию. В целом, действия Центрального банка выглядят логично как при повышении, так и при снижении ставок. Банк действовал профессионально и последовательно. Были голоса за низкие ставки, но их истеричный крик уже утих. Люди, которые считали, что заниженные ставки помогут победить инфляцию, забыли о печальном опыте Турции с ее лирой.

Банк России заслуживает похвалы за свою работу. Президент это понимает и поддерживает все успехи. В общем, я считаю, что Банк России делает все правильно.