Эксперт Александр Турбанов рассуждает о том, что российские банки столкнулись с резким оттоком вкладчиков:

На рынке вкладов не происходит ничего драматичного. От уменьшения объема вкладов не страдают ни вкладчики, ни банки. В связи со снижением ставок  вкладчик переквалифицировался в инвестора на рынке ценных бумаг, активно стал развиваться сегмент доверительного управления. Зачастую деньги оставались в рамках одной и той же финансово-банковской группы и проблем ликвидности банки не испытывали. 

В связи с повышением ключевой ставки банки стали повышать ставки по вкладам. Это не означает, что все бывшие вкладчики вернутся к такому консервативному инструменту, как вклад. Они почувствовали вкус других секторов финансового рынка. И в этом есть плюс для всех: потребителей финансовых услуг, финансовых институтов, включая банки, экономики в целом.

Эксперт Александр Турбанов рассуждает о том, что банки заставят выкупать назад обманом проданные продукты:

К сожалению, я пока не ознакомился с предлагаемым законопроектом, согласно которому банки обяжут возвращать навязанные клиентам продукты. Безусловно, с мисселингом надо бороться. Но мне непонятно, как клиенты будут доказывать, что их ввели в заблуждение. И что это значит с гражданско-правовой точки зрения — «выкупать обратно». Также непонятно, кто в данном случае будет устанавливать факт мисселинга и принимать решение.

Естественно, существует зарубежная практика борьбы с этим явлением, в том числе судебная. Но все определяется с учетом национального законодательства. Поскольку я детально не знаком с законопроектом, я не могу сказать, как он вписывается в российское законодательство.

Эксперт Александр Турбанов рассуждает о том, что банки обяжут отвечать на жалобы граждан в течение 15 календарных дней:

Действительно, наше действующее законодательство не предусматривает обязанности финансовых организаций давать ответы на обращения, в том числе жалобы, клиентов. Такая обязанность установлена только для государственных организаций, а также для субъектов национальной платежной системы. Убежден, что в цивилизованном обществе любая организация должна отвечать на поступившие к ней обращения. Это помогло бы решить многие проблемы, способствовало бы взаимопониманию и установлению нормальных человеческих отношений.

Так что, во-первых, финансовыми организациями не следует ограничиваться, во-вторых, требования к рассмотрению обращений должны быть идентичными. Например, если для государственных организаций предусмотрен месячный срок для рассмотрения, то почему для финансовых предлагается 15-дневный? Ссылка на срочность вопросов именно в финансовой сфере не работает, так как в государственной сфере срочность может быть не меньшая. Могут быть ситуации, когда принятие мер носит неотложный характер. Надо все это учесть в законодательстве.

Эксперт Александр Турбанов рассуждает о том, что объём операций по картам вырос до 27 трлн рублей:

Произошедший значительный рост использования населением пластиковых карт стал результатом введения ограничительных мер в связи с пандемией. За достаточно короткий период люди убедились, что безналичным расчетам с использованием карт можно доверять. Риски не больше, чем потерять кошелек на дороге. Это касается и расчетов в режиме online. Удобно, быстро и практически безопасно. Безусловно, объем таких расчетов будет расти, поскольку это будет входить в привычку. Но бумажные деньги в обозримой перспективе не исчезнут. Это тоже привычка и определенная гарантия стабильности. Даже с появлением цифрового рубля Банка России наличные сразу не исчезнут.

Эксперт Александр Турбанов рассуждает о том, что правительство предложило снизить размер дивидендов ВТБ в пять раз:

По существу топ-менеджмент предрешил судьбу дивидендов. Понятно, что с учетом структуры капитала банка общее собрание примет решение в соответствии с распоряжением правительства. Кто выиграет? Банк, поскольку большая часть прибыли остается в его распоряжении. Кто проиграет? АСВ (как «особо привилегированный акционер» — его доля в уставном капитале 47,2%) и миноритарии (у них 7,78% уставного капитала). Банку эти ресурсы нужны для покрытия убытков, которые могут возникнуть по объективным причинам (пандемия) либо субъективным (ошибки менеджмента).

Эксперт Александр Турбанов рассуждает о том, что чистая прибыль Сбербанка сократилась на 24%:

Снижение прибыли Сбербанка за первое полугодие даже на 24 процента не выглядит драматическим (боюсь, что у многих хозяйствующих субъектов картина выглядит похуже). Объяснение понятное — снижение деловой активности в условиях пандемии. Также выглядит логичным заметное повышение расходов в июне, это связано с обратным эффектом. Естественно, обращает на себя внимание, что банк сработал без убытков. Более того, отношение расходов к доходам является даже лучше, чем в 1 полугодии прошлого года.

Другими словами, у Сбербанка нет необходимости принимать какие-то экстраординарные меры. Думаю, что работа в текущем режиме позволит ему получить хорошие результаты за год. При этом не исключено, что Сбербанк может придумать и что-нибудь интересное для клиентов.

Эксперт Александр Турбанов рассуждает о том, что банки попросили право блокировать операции без согласия клиента:

Полагаю, что это очень правильное предложение. Аргументы, приведенные банками, взвешенные и продуманные. От того, что за два дня банку не удалось связаться со своим клиентом, операция не перестает быть мошеннической. Она обязательно должна быть заблокирована, пока не будет получено подтверждение от клиента. Такое правило обеспечит более надежный заслон от мошенников и для клиентов, и для банков.

Фото pixabay.com

Эксперт Александр Турбанов рассуждает о том, что траты россиян выросли на фоне коронавируса:

Увеличение расходов населения в последний период выглядит вполне естественно, не считая паники, которая, к счастью, сходит на нет. Объяснения очевидны: эпидемия коронавируса, снижение курса российской валюты. Население закупает продукты, лекарства и товары первой необходимости впрок. Это могут делать и люди, не поддавшиеся панике: небольшой резерв не помешает.

С учетом снижения курса рубля, естественно, вскоре подорожают импортные товары, поэтому самое время приобретать, например, импортную одежду и обувь или электронную технику. Я, например, планировал обновить домашний компьютер и принтер. Не стал откладывать, приобрел более современный компьютер и МФУ. Что касается ограничений на снятие наличных в банкоматах, то пока трудно оценить необходимость этого. Ажиотажа вроде бы не наблюдается. Если данная мера окажется излишней, не трудно ее оперативно отменить.

Эксперт Александр Турбанов рассуждает о том, что нефть Brent впервые с января 2016 года упала в цене ниже 30 долларов:

Думаю, причины падения очевидны. Всех интересует другое – что будет с экономикой России, выдержит ли она? Конечно, российская экономика выдержит, в том числе благодаря резервам. Это подтвердил премьер, об этом говорят эксперты. А вот масштаб последствий будет зависеть от того, как долго и в каких масштабах будет падать цена нефти. Что касается российских банков, то, несомненно, падение цены негативно отразится на их доходности. Но не стоит забывать, что это всего лишь один из параметров.

Эксперт Александр Турбанов рассуждает о том, что глава МЭР предложил обсудить конкурентную среду в банковском секторе:

Что такое конкуренция в банковском секторе? На банковском рынке это, прежде всего, условия доступа к источникам финансирования. Они должны быть равными для всех банков, чего сейчас нет. Лучшие условия имеют банки с государственным участием — перед остальными; крупные — перед средними и мелкими. Исключение — санация с участием государства для сохранения стабильности системы.

Банки с государственным участием не должны в рекламе делать на этом акцент. При государственных закупках главным условием должна быть финансовая устойчивость банка, не размер капитала. В нынешних реалиях это в целом возможно при наличии политической воли. Требовать от Банка России продавать акции санируемых банков в точно указанный срок — от непонимания сути процесса.