Эксперт Антон Свириденко рассуждает о том, что цены на сталь упали до трехлетнего минимума:

Цены на сталь достигли минимальных уровней за последние три года, что вызывает серьезные размышления о текущей ситуации на рынке. Вспомним, что в конце марта и начале апреля наблюдались локальные пики цен, когда покупатели, стремясь избежать потенциального дефицита, активно запасались сталью в условиях неопределенности, вызванной угрозами введения торговых пошлин. Однако сейчас, когда запасы достигли высоких уровней, спрос на сталь начинает снижаться. Это связано с продолжающейся торговой войной и общим ухудшением экономической ситуации.

На внутреннем рынке ситуация также оставляет желать лучшего. Хотя для военно-промышленного комплекса (ВПК) сталь остается критически важным ресурсом, в других секторах, таких как строительство и машиностроение, наблюдаются серьезные проблемы. В частности, рынок жилого многоквартирного строительства испытывает затруднения, а высокие процентные ставки создают дополнительные трудности для машиностроительных предприятий.

Тем не менее, важно помнить, что рыночные кризисы имеют свойство заканчиваться. Исторически сложилось так, что после периодов спада всегда наступают фазы восстановления. Поэтому, несмотря на текущие сложности, существует надежда на восстановление спроса и стабилизацию цен в будущем. Важно следить за изменениями в экономической политике и международной обстановке, которые могут оказать влияние на рынок стали и сопредельные отрасли.

Эксперт Антон Свириденко рассуждает о том, что в Сибири появится кластер по переработке редкоземельных металлов:

В мире нет дефицита редкоземельных металлов, но есть прогноз существенного роста этого рынка. Его объем составлял порядка 175 тысяч тонн (а это оценивается в 11 миллиардов долларов) в 2024 году, а в 2029 году прогнозируется, что он достигнет уровня в 214 тысяч тонн (что составит примерно 37 миллиардов долларов).

В целом редкоземельные металлы обладают серьезным потенциалом роста потребления. Именно поэтому США во главе с новой администрацией имеют серьезные планы по наращиванию объемов их добычи. Сейчас ситуация выглядит так: 70% добычи принадлежит Китаю (три года назад за ним было 90%). В России обнаружены 10% мировых запасов редкоземельных металлов, но добывают только 1% от общего объема их добычи.

Для использования российских запасов этих металлов нужны серьезные капиталовложения. Сейчас в планах у нас 14 проектов, но мы можем больше, так как запасы редкоземов в стране серьезные. Однако нам нужно иметь гарантию внешнего сбыта – в таком объеме России эти элементы для внутреннего потребления пока не нужны.

Идея создания кластера по переработке редкоземельных металлов на территории Сибири в данном случае обладает хорошими перспективами, потому что речь будет идти о реализации не чистого сырья, а продуктов его переработки. Они имеют более высокую добавленную стоимость и востребованы не только на внутреннем рынке, но и за рубежом.

Это может быть и высокотехнологичная продукция, которая производится на основе редкоземельных металлов и их оксидов – например, легированные металлы, различные катализаторы, люминофоры и так далее. Они могут применяться в производстве аккумуляторных батарей, лазеров, магнитогидродинамических генераторов для атомных станций, солнечных батарей, рентгеновских зеркал, сверхмощных постоянных магнитов, которые применяются в производстве двигателей, в том числе в отрасли беспилотных летательных аппаратов.