Эксперт Елена Ульянова рассуждает о том, что расширен список регионов, которые смогут привлекать бизнес к оказанию услуг в социальной сфере:

В 2020 году, на мой взгляд, был принят очень важный федеральный закон — «О государственном социальном заказе на оказание госуслуг в социальной сфере». В его рамках проводится эксперимент, согласно которому в процесс предоставления соцпомощи населению может быть вовлечен бизнес. Пока это только эксперимент, однако за неполных два года в него уже включились десятки регионов.

Мне, как региональному общественному бизнес-омбудсмену с одной стороны и как руководителю социального комитета городской Думы Томска с другой, абсолютно очевидны плюсы включения в процесс предпринимателей. Во-первых, для бизнеса в тяжелые времена экономического шторма это шанс занять новую нишу. Во-вторых, это создание конкуренции в одной из самых деликатных ниш, а любая конкуренция государства и бизнеса не только поднимает услугу на новый уровень, но и делает процесс ее предоставления более прозрачным и понятным. Это, если хотите, закон рынка.

Обидно, что среди участников эксперимента я не увидела Томской области. Здесь, решая одни социальные проблемы, чиновники умудряются плодить другие. Убедилась в этом сама, на личном приеме в городской Думе Томска. Вот только один пример. Есть такая служба «Комплексный центр социального обслуживания населения». Решили, например, чиновники послать к нуждающимся социальных работников. Приняли специальный областной закон. На бумаге вроде все нормально. Придет социальной работник к немощному человеку, снег откинет, дров принесет, продуктов. А вот если надо, например, измерить артериальное давление, то этот самый человек должен выложить 51 рубль, ногти подстричь — 152 рубля, помыть стоит 203 рубля, а ту же печку протопить почему-то 254 рубля.

В перечне тарифов на оказание социальных услуг больше 50 пунктов. Что из них сделать платно или бесплатно, решают чиновники, которые один раз в год составляют «индивидуальную программу социального обслуживания» каждого из тысяч подопечных. В результате каждый социальный работник поставлен перед нелегким этическим выбором: либо просить у немощного и зачастую небогатого человека деньги за «доп.услуги», которые не входят в индивидуальную программу, либо делать все это просто по доброте душевной.

Скажите, как можно простую человеческую заботу о ближнем запротоколировать тысячами бумажек, обложить инструкциями, законами, разделить на виды? Погладил подопечного по голове, шепнула: «Все будет хорошо». Это социально-психологическая услуга стоимостью в 152 рубля. Собрала двух соседок вместе, попели они старые песни. Это «организация и проведение творческих мероприятий» — 305 рублей. Самое главное, что ведь расценки не с потолка взяты, они каким-то чиновником калькулировались, оценивались с точки «повышения коммуникативного потенциала получателей социальных услуг». Возможно, включившись в федеральный эксперимент, таких черных дыр и абсурда на местах станет меньше.

Эксперт Елена Ульянова рассуждает о том, что ИП с инвалидностью смогут получить статус социального предприятия:

Это коснется 17,5 тысячи инвалидов в России, около сотни инвалидов-ИП — в Томской области. Особых преференций у них как прежде не будет, но дополнительные возможности появятся: льготные займы, образовательные программы, субсидии, льготное предоставление областного и муниципального имущества, дополнительное преимущество в грантовых конкурсах. Конечно, хотелось бы видеть актуальную областную программу поддержки социального предпринимательства, куда теперь вошли и индивидуальные предприниматели. Но, видимо, ее будет разрабатывать команда нового губернатора.

История этой маленькой несправедливости по отношению к ИП-инвалидам такова. Два года назад был принят федеральный закон о развитии МСП. В нем закреплялся статус социального предприятия. Признаки социального предприятия: не менее половины работников инвалиды, не менее 25% расходов — на заработную плату. В законе не было ни слова об инвалидах-индивидуальных предпринимателях без наемных работников. Премьер Мишустин обратил внимание на эту вопиющую несправедливость и — ура! — спустя два года Минэкономразвития разработало законопроект, по которому ИП-инвалиды получат статус социального предпринимателя. Теперь надо, чтобы закон приняли депутаты Государственной Думы. Не быстро все двигается в России, но двигается же!

Эксперт Елена Ульянова рассуждает о том, что больше половины предпринимателей в России подготовились к новому локдауну:

Прекрасный пример того, как хвост виляет собакой. Нам забрасывают на попробовать идею, что новый локдаун — это совсем не страшно и совсем не больно. Нет, ребята, извините. Реальные предприниматели думают совсем иначе. И вообще, давно пора настаивать на честном отношении государства к бизнесу: закрываете работу предприятия из-за каких то общественных потребностей, будьте добры компенсировать потери за счет общественного же бюджета. А сказочки ваши оставьте при себе.