Эксперт Юлия Игнатьева рассуждает о том, что Госдума одобрила запрет на просветительскую деятельность без разрешения властей:

Большой вопрос в том, что такое просветительская деятельность вообще. Это давняя точка преткновения для многих профессионалов, работающих в сфере образования – что школьного, что вузовского. У нас в ходе последнего реформирования правительства появилось Министерство просвещения вместо объединенного ранее Минобрнауки, и мне кажется странным этот термин в названии ведомства.

Лично я отношусь отрицательно к этой инициативе, потому что пострадают, в первую очередь, открытые публичные лектории, которые, на мой взгляд, несли очень полезную функцию – ознакомление людей с ранее неизученными темами. Я сама с удовольствием ходила на лекции, которые делал проект «Прямая речь». У них были очень интересные лекции и для детей, где они в очень интересной форме рассказывали об истории, биологии, химии. У них также были интересные проекты для взрослых.

Я считаю, что если подается нормальный качественный контент, то в этом нет ничего плохого. А теперь что: власти будут решать, о чем можно рассказывать, а о чем нельзя? Это немного странно. Даже в советское время были распространены лектории, например, у политехнического музея. Что плохого в том, что человеку популярно расскажут, что такое кибернетика или как человека в космос запускать? Кто от этого пострадает?

Я понимаю, что у властей есть своя подоплека, и слышала, что их беспокоит, что просветительская деятельность может быть связана с религиозными или околорелигиозными организациями. Но мне кажется, что с этим нужно бороться не на уровне запретов – нужно просто лучше заниматься теми организациями, которые генерируют действительно спорный контент. Но в итоге пострадают нормальные, ответственные, порядочные организаторы, которые делали очень хорошие проекты. Получается, что сейчас никто публичную лекцию провести не сможет. Даже если ты Нобелевский лауреат, и вам есть чем с миром поделиться.