Эксперт Игорь Симаков рассуждает о счастливых россиянах и их запасе прочности:

Следует ли считать уровень счастья важным показателем для характеристики общества? Ко всякого рода индексам счастья как ну очень оценочному критерию уровня ментального здоровья лично я отношусь со скепсисом. Особенно если счастье измеряет ФОМ – организация, созданная государственной структурой ВЦИОМ.

Моя ежедневная практика противоречит выводам социологов. По моим впечатлениям, уровень тревоги и подавленности в обществе у нас вырос, особенно среди молодежи.

Собственно, фиксируется взрывной рост потребления антидепрессантов, подъем активности рынка психологических и эзотерических услуг. Остановившееся потребление алкоголя и даже откат в нем, что мы сейчас и видим, только подтверждают верность этих наблюдений.

В то же время я считаю, что кричать везде и всюду, как мы все несчастны, неправильно. Ибо несчастные станут от этого еще более тревожными и депрессивными.

Эксперт Игорь Симаков рассуждает о том, что назальная вакцина от COVID-19 вышла в гражданский оборот:

Вакцины от COVID-19 и во время пандемии все были наши. Ничего импортного на рынке фактически не было. Так что ничего мы не импортозамещаем. А назальная форма просто удешевляет и упрощает процесс вакцинации. Поэтому новость эта очень положительная.

А вот с перспективой вакцинации — не знаю. Сейчас все внимание приковано к специальной операции. Коронавирус ушел из информационного пространства. Ковидобесие уже вспоминается как светлая полоса. И поэтому COVID как угроза, от которой надо вакцинироваться, пока в перспективе не видится.

Эксперт Игорь Симаков рассуждает о том, что в России выявили первый случай заражения штаммом «дельта плюс»:

Новая мутация индийского штамма, названная «дельта плюс», пока у специалистов не вызывает тревогу в части повышенной смертоносности. Однако даже не очень посвященному в эпидемиологию человеку очевидна нетипичность происходящего с новой коронавирусной пандемией.

К чему мы привыкли. Вирусы мутируют, это для них обычное дело. Но раньше мутации приводили к более легким формам заболеваний. И в «хвосте» эпидемии люди, как правило, переносили болезнь значительно легче. С COVID-19 все иначе. И именно инакость настораживает. Непонятно, что нас ждет в будущем. Вирус ведь пока только «дрейфует» мутациями. Но рано или попозже он поменяется резко сильнее.

По имеющейся информации, даже индийский штамм уже пробивает иммунитет, созданный вакцинами, причем как у нас, так и у них. Так что ранее объявленная победа над ковидом откладывается. Видимо, зря мы не обращали внимания на основных бессимптомных переносчиков инфекции, на детей и молодежь.

А принимая во внимание выраженную даже ВОЗ обеспокоенность ростом ассоциированных с ковидом грибковых поражений (особенно устойчивым практически ко всем противогрибковым средствам грибком-супермутантом Candida auris), можно сказать, что мы катастрофически опаздываем с вакцинацией, в том числе детей и молодежи. Если не остановить пандемию сейчас, а это возможно только создав не менее 60-процентную прослойку из людей с активным иммунитетом, то дождемся новой, более смертоносной и хитрой мутации этого чересчур прыткого РНК-вируса и потеряем еще много родных и близких.

Появление мутации «дельта плюс» — еще один сигнал для всех: бегом вакцинироваться. Это, если конечно журналисты не приукрасили. Слишком мало у нас официальной информации от вирусологов и эпидемиологов. Куда-то делась аналитика по структуре смертности за эти два кошмарных года.

Эксперт Игорь Симаков рассуждает о том, что россияне стали экономить на лекарствах:

Сказать, что в пандемию с увеличением спроса на лекарственные препараты массово открывались новые аптечные пункты, нельзя. Поэтому и особых банкротств в этой сфере я не наблюдаю. Что касается ажиотажа, в постпандемию он, конечно, схлынул. Потому что больше нет нагнетания ситуации, связанной с коронавирусом, в СМИ, соответственно, отступают и панические настроения. С другой стороны, необходимо отметить, что по ковиду стала более или менее понятна ситуация с антибиотиками и с препаратами, которые используются для реабилитации пациентов.

Также, безусловно, после пандемии открылись больницы и поликлиники, которые прежде не работали. В стационары вернулись люди с хроническими заболеваниями, которые в ковид никуда не девались, но на которых просто не обращалось внимание.

Поэтому сказать, что есть катастрофическое падение в аптечной сфере, я не могу, и в это не сильно верится. В целом сектор все равно хорошо себя чувствует. Но средний чек, действительно, снизился. Во-первых, люди потеряли покупательскую способность и сегодня все больше просят выписывать им более дешевые аналоги лекарств и дженерики. Это, в свою очередь, тоже поднимает спрос в аптеках: как правило, препарат более дешевого сегмента менее эффективен и будет приниматься более длительное время.

А вот у поставщиков оригинальных лекарств могут начаться кризисные явления. Что же касается аптечных сетей, то им кризис не грозит. Возможны просто переделы рынка, которые мы сегодня наблюдаем. Но это те процессы, которые происходили и раньше.