Эксперт Людмила Кибальникова рассуждает о том, что Мишустин поручил Белоусову и Решетникову подготовить новые меры поддержки бизнеса:

Предложение сделать нерабочими дни в начале ноября обоснованы, поскольку очень напряженная в эпидемиологическом отношении ситуация уже сложилась в целом ряде регионов – в Удмуртии, Пермском крае, Оренбургской области, Башкирии, Тюменской, Ивановской областях, Татарстане. Там высокая заболеваемость и много тяжелых случаев. Некоторые наши коллеги из этих регионов болеют достаточно тяжело. Поэтому инициатива вице-премьера Татьяны Голиковой вполне оправдана: объявление этих дней нерабочими позволит сократить число социальных контактов людей, а это снизит заболеваемость.

Принимать ограничительные меры необходимо, поскольку пока ситуация достаточно тревожна – этого нельзя не признавать. Как председатель Рязанского областного отделения и член президиума «Опоры России» я вижу в этой инициативе четкую логику и всячески ее поддерживаю. Мы должны относиться к ограничениям разумно: они помогают снизить уровень заболеваемости, и потому абсолютно оправданны. И, конечно, здоровье людей должно стать для нас приоритетом – о нем в этой ситуации мы должны заботиться в первую очередь.

Если же говорить о положении бизнеса, то правительства многих субъектов Российской Федерации сейчас поддерживают его, выплачивая из бюджета по одному МРОТ на каждого работника предприятия при условии сохранения компанией рабочих мест до конца года. Скорее всего, такой вариант помощи снова предложат. Хотелось бы, безусловно, увидеть и льготные кредиты для малого и среднего бизнеса – они тоже очень важны для предпринимателей. Собственно, эти две меры предпринимательской поддержки и есть те, которые правительство выдвигает в качестве программных для помощи бизнесу и экономике в целом в наиболее серьезных ситуациях. Вероятнее всего, такого рода инициативы выдвинут и на сей раз. И они с большим энтузиазмом будут поддержаны предпринимательским сообществом.

Эксперт Людмила Кибальникова рассуждает о том, что регионам поручили создать кризисные центры для женщин:

На мой взгляд, это дань мировой моде. Это же такая прекрасная история – защита государством нежной и беззащитной женщины. На этом пиарятся политики и общественные деятели. Но женщина не должна защищаться от домашнего насилия – она его просто не должна допускать и терпеть. Давайте признаем, что насилие в жизни таких женщин бывает до брака, и продолжается во время брака. Они выбирают таких спутников жизни. Это заложено у определенной группы женщин подсознательно.

Есть мнение психологов о том, что даже уйдя от супруга, который поднимал на нее руку, женщина вновь находит такого же. Разобравшись со своим мужем-тираном с привлечением широкой общественности, как правило, такая женщина не уходит от него, продолжает с ним жить, и даже порой обвиняет своих защитников во вмешательстве в семейную жизнь. Проблема в другом – свидетелями таких бурных семейных отношений становятся дети.

Ситуационные центры, может быть, и необходимы поэтому. Но разбираться с теми, кто калечит женщин, должны силовики, а заниматься судьбой детей, живущих с подобными родителями – полномочные органы.

Эксперт Людмила Кибальникова рассуждает о том, что голосование по изменению Конституции могут провести 24 июня или 8 июля:

Сейчас принимаются серьезные меры по предотвращению распространения эпидемии. Будем надеяться, что режим повышенной готовности снимется к началу июня. Назначение общероссийского голосования по поправкам к Конституции на 24 июня окрасило бы настроение общества в оптимистичные тона и выглядело бы своеобразным празднованием победы над ситуацией, в которую мы все попали. Перенос на осень сопряжен с рисками второй волны эпидемии, а переносить бесконечно нельзя, да и бессмысленно.

Фото: Moscow-Live

Эксперт Людмила Кибальникова рассуждает о том, что большинство россиян хотят получать корпоративную пенсию:

В настоящих экономических обстоятельствах говорить о реальности корпоративных пенсионных программ не приходится. С одной стороны, малый и средний предприниматель сжимается, как шагреневая кожа. А именно они формируют основной состав российского работодателя. Причиной тому и онлайн-кассовая реформа, и введение маркировки, и отмена единого налога на вмененный доход.

Говорить о дополнительных расходах бизнеса в этих условиях не приходится. С другой стороны, бизнес, в принципе, всегда стремится даже в самых сложных реалиях стимулировать работников — острая нехватка компетентных специалистов, конкуренция за кадры подталкивает к этому. Можно было бы рассчитывать на внедрение этих программ в случае, если бы затраты по их реализации Минфином РФ были бы положены на налогоуменьшаемую базу, и ведомство Антона Силуанова дало бы бизнесу преференции.

Фото Элина Гаревская / Фотобанк Лори

Эксперт Людмила Кибальников рассуждает о том, что более трети россиян назвали справедливой зарплату в 50 тысяч рублей:

В данных исследованиях, на мой взгляд, речь идет не о социальной справедливости в оплате труда, а о двух иных вещах — о равном доступе к национальным богатствам страны и о потребностях людей. Считаю, что заработная плата не может быть социально несправедливой. В этом плане есть две стороны — работник и работодатель. И эти две стороны договариваются. Никто никого не неволит. Работник волен не оформляться на работу, либо прервать трудовой договор, если его не устраивает заработная плата или условия труда. Работодатель предлагает ту оплату, которую считает возможной, исходя из своих представлений о бизнес-процессах в своем предприятии.

О какой социальной несправедливости может идти речь в рыночных отношениях? Социальная ответственность бизнеса в полной мере контролируется надзорными органами. В самом словосочетании «социально справедливая заработная плата» есть элемент потребительского отношения, которое сохранилось в сознании людей с советских времен. Люди претендуют порой на высокую заработную плату, не обладая соответствующими компетенциями, не будучи готовы решать те задачи, за выполнение которых положена высокая оплата труда.

Эксперт Людмила Кибальникова прокомментировала новость о том, что ФСС запустит пилотный проект по сбору медицинских данных:

О цифровизации медицинских осмотров велась речь уже давно. Первым из ведомств выступил с инициативой цифровизации медицинских осмотров Роспотребнадзор РФ. В 2011 году остро встала проблема поддельных медицинских книжек — образовался даже «серый» рынок по их продаже. Для того, чтобы у работодателей не возникало с этим проблем, было предложено создать реестр медицинских осмотров. Нормальная, обычная практика мира IT, которым мы стали.

Ничего «пилотного» в этом не видится. Настораживает в этой инициативе то, что у бизнеса «забрезжила» новая перспектива — новое обременение. Цеховой врач, которого могут сделать новой обязательной нагрузкой. Создается впечатление, что создатели проекта слабо себе представляют, как происходит кадровый отбор в коммерческом предприятии. Коммерческое учреждение здравоохранения с репутацией и многолетней историей никогда не возьмет в свой штат медсестру с открытой формой туберкулеза. В частную клинику не возьмут специалиста без рекомендации, не наведя необходимые о нем справки.

К отбору персонала в предпринимательском мире относятся не так, как в бюджетных учреждениях. Бизнес-сообщество давно предлагает электронный документооборот трудовых отношений, в котором цифровизация медицинских осмотров должна абсолютно логично стать составной частью вместе с профосмотрами. В обсуждаемом же «пилоте» часть в очередной раз вырвана из целого, и мы вновь столкнемся с очередной бессмысленной тратой бюджетных средств.

Эксперт Людмила Кибальникова прокомментировала запрет Минприроды выбрасывать батарейки в мусоропроводы:

Принятие мер безопасности по обороту с батарейками назрело давно. Но действовать штрафами бесполезно, если не созданы реальные условия для сбора, переработки и утилизации. У нас уже стартовала «мусорная реформа». Провальная, так считают многие. Инициативы, помимо их инициирования, должны быть обеспечены условиями для их реализации.

Гораздо эффективнее штрафов меры стимулирования. Но об этом речь у нас идет крайне редко. Принцип «казнить нельзя помиловать» является крайне неэффективным в экономике. Для успешной реализации нужны три составляющих: создание перерабатывающих производств, мест сбора, информационная компания и стимулирующие меры. Как для бизнеса, так и для населения.

Фото FotograFF / Фотобанк Лори

Эксперт Людмила Кибальникова рассуждает о том, что Минприроды намерено заставить бизнес оплатить мусорную реформу:

За всю российскую историю сложно назвать более провальную реформу. Каковы первые итоги — массовые протесты, жесткий передел рынка, его монополизация с использованием административных ресурсов. При этом главная задача, которую декларировали реформаторы, — сохранение экологии — не только не решается, а усугубляется.

То, что инициатива Минприроды, последствия ее реализации не просчитаны с точки зрения экономической целесообразности, лежит на поверхности. Какова доля в расходах производителей нового сбора, никто не просчитал.

При этом на рекультивацию старых свалок почему-то по инициативе того же Минприроды выделяются огромные федеральные средства. На этих свалках за многие годы сколочены огромные состояния, и по логике они должны рекультивироваться за счет тех, кто «делал деньги» на этих свалках.

Так, может, чем выделять эти средства, одновременно повышая сборы для производителей, стоит пересмотреть запланированные транши в регионы на рекультивацию и переложить ее на плечи тех, кто должен это сделать, а не облагать производителей излишними поборами?

Фото Syda Productions / Фотобанк Лори

Эксперт Людмила Кибальникова рассуждает о том, что школам рекомендовали закупать шлемы дополненной реальности:

Мы живем в условиях новой технологической реальности, игнорировать это нельзя. Погоня за цифровыми технологиями, 3D-принтерами, квадрокоптерами и шлемами виртуальной реальности — это хорошо.

Запуск оснащенных современным оборудованием центров, в которых все дети смогут изучать такие предметы, как технология, информатика, основы безопасности жизнедеятельности, — тоже хорошо.

Возникает вопрос: где взять деньги и для всех ли школьников центры? Мы все время вводим новшества. Зачем? В Советском Союзе была прекрасная система образования, которую мы поменяли на учебники-кроссворды.

Надо признать, что работающие в школах учителя по своим интернет-компетенциям и навыкам отстают от учеников. Они учат детей, уже «родившихся с гаджетами», это во-первых. Во-вторых, только по официальным данным, бедных сейчас около 20 млн человек. Однако эту цифру можно увеличить в полтора-два раза.

В-третьих, Минпросвещения превращается в какую-то пиар-кампанию с бесконечными предложениями, которые к реальной жизни не имеют отношения. Социально-экономическая ситуация постоянно сжимается и требует перехода в плоскость решения реальных задач. Вместо того чтобы разбазаривать огромные деньги на обслуживание нововведений, предложенных Минпросвещения, лучше потратить их на улучшение  школьных завтраков и обедов.