Эксперт Олег Бурлак рассуждает о том, что фельдшерам и акушеркам разрешат исполнять обязанности врачей:

С одной стороны, действительно, многие административные функции, такие, как заполнение извещений и статистических карт, могут не требовать глубоких медицинских знаний и навыков. Эти задачи часто отнимают время у врачей, которое могло бы быть использовано для непосредственного общения с пациентами и оказания медицинской помощи. Важно рассмотреть возможность делегирования таких функций другим специалистам, например, медицинским сестрам или фельдшерам, которые могут быть обучены выполнять эти задачи.

Однако есть определенные функции, которые требуют именно врачебного образования и опыта. Делегирование таких задач может привести к рискам для пациентов и ухудшению качества медицинской помощи. Например, принятие клинических решений или выполнение сложных процедур должно оставаться прерогативой врачей.

Вопрос о делегировании обязанностей также тесно связан с дефицитом кадров в здравоохранении. В условиях нехватки врачей действительно возникает необходимость перераспределения функций, чтобы оптимизировать работу системы. Однако это должно происходить с учетом квалификации специалистов и уровня их подготовки.

Важно находить баланс между эффективностью работы медицинского учреждения и качеством предоставляемой помощи. Думаю, стоит рассмотреть возможность создания дополнительных образовательных программ для фельдшеров и медсестер, чтобы они могли брать на себя некоторые задачи, не требующие врачебного вмешательства, при этом оставляя более сложные функции за врачами.

Поэтому обсуждение распределения обязанностей в медицине должно быть основано на тщательном анализе потребностей системы здравоохранения и квалификации специалистов.

Эксперт Олег Бурлак рассуждает о том, что катание с горок оказалось самым опасным из зимних развлечений на воздухе:

Действительно, катание с горок на ватрушках и санках — это одна из наиболее актуальных проблем зимнего отдыха. К сожалению, несмотря на радость и веселье, которые приносит такое катание, оно часто влечет за собой серьезные травмы.

Во-первых, стоит отметить, что катание на ватрушках и санках часто происходит на высокой скорости и в условиях недостаточного контроля. В отличие от езды на самокате или велосипеде, где скорость и направление можно более-менее регулировать, при катании с горки на ватрушке человек может неожиданно разогнаться и потерять контроль. Это приводит к тому, что столкновения с другими людьми или препятствиями могут иметь серьезные последствия. Особенно опасно, если горки расположены в лесу.

При столкновениях на ватрушках травмы могут быть гораздо более тяжелыми, чем при падении с велосипеда. Наиболее распространенные травмы: черепно-мозговые повреждения, переломы позвоночника и конечностей, а также ушибы и растяжения. Особенно опасны ситуации, когда катальщики врезаются в деревья или другие твердые объекты — это может привести к критическим последствиям для здоровья.

Чтобы минимизировать риски травматизма, я настоятельно рекомендую соблюдать несколько простых правил безопасности. Катайтесь только на специально оборудованных трассах, это снизит риск столкновений с другими отдыхающими и это безопасно. Избегайте катания в местах с препятствиями, то есть не катайтесь рядом с деревьями, камнями или другими потенциально опасными объектами. По возможности контролируйте скорость, держите дистанцию. И обязательно используйте защитное снаряжение, например, шлемы.

Еще очень важно, если вы катаетесь с детьми, внимательно за ними смотреть и по возможности контролировать их движение.

Эксперт Олег Бурлак рассуждает о том, что для перевода на клинические рекомендации больницы ждут разъяснения Минздрава:

Да, ситуации действительно серьезная. Выполнение клинических рекомендаций, как правило, в небольших больницах невозможно. Просто невозможно, потому что бывает коэффициент применения единицы, то есть в 100% случаев надо использовать метод, например, обследования, диагностики, либо назначения того или иного препарата, либо консультации узкого специалиста. Соответственно, в малых больницах, в центральных районных больницах, как правило, нет таких специалистов.

И коэффициент применения, я считаю, не всегда обоснован. Бывают такие ситуации, когда не нужно выполнять то или иное исследование. Например, в травматологии, при чрезвычайных суставных переломах. То есть, если вы не занимаетесь этим, то вы не можете выполнять это. Если пациенту показаны более информативные методы исследования, например, МРТ, я не вижу смысла делать пациенту УЗИ.

Хотя коэффициент применения УЗИ 100%, то есть ты его должен выполнить, но не выполняешь, потому что делаешь более информативную диагностику, что является нарушением, по большому счету. Исходя из клинических рекомендаций, ты должен делать и УЗИ, потому что так положено, а не МРТ, что лучше для пациента. То есть приходится в таком случае и то, и другое делать. Это затрата денег, нагрузка на врача, поэтому это очень-очень серьезный вопрос.

Поэтому соглашусь, что необходимы большие изменения именно в системе здравоохранения для реализации в полном объемы всех клинических рекомендаций и работы по ним.

Эксперт Олег Бурлак рассуждает о том, что доля россиян с избыточным весом достигла 62,5%:

Не возьмусь комментировать конкретные цифры, но могу сказать точно, что это комплексная проблема. Сокращение доли людей с нормальным весом и рост доли граждан с весом избыточным объясняется, во-первых, снижением в среднем внимания к физической культуре в обществе. То есть в среднем люди стали меньше заниматься физкультурой и спортом, хотя вполне возможно, что в отдельных группах населения (прежде всего, среди молодежи) интерес к более спортивному образу жизни и усилился.

Во-вторых, на ситуацию с весом повлияло ухудшение качества продуктов питания, в том числе просто за счет вытеснения ранее популярных теми, которые популярны сейчас. У нас за последнее время появилось больше фастфуда, больше газировок – и покупать все это стали чаще. В детстве те, кто сейчас относится к людям зрелого возраста, например, пили домашний компот, домашние морсы, а сейчас дети пьют сладкие газированные напитки, которые способствуют набору веса и здоровья не добавляют.

В-третьих, не следует также забывать экологические проблемы и иные факторы подобного рода, которые неблагоприятно влияют на здоровье. Нередко это тоже ведет к появлению избыточной массы тела, потому что люди с проблемами здоровья в основном отличаются малой подвижностью и сниженным фоном настроения.

Нужно ли нам что-то делать для того, чтобы в нашей стране не началось настоящей эпидемии ожирения, как в наиболее развитых странах Европы и США и следует ли делать что-то уже сейчас? Безусловно, нужно и следует. Любую болезнь лучше предупреждать, профилактировать, чем лечить. Но для этого потребуется принимать целый комплекс разнообразных мер, поскольку нельзя, грубо говоря, заставить людей заниматься спортом и ждать эффекта – притом, что они будут целыми днями есть фастфуд и пить газировку.

Нет, в этом случае у людей не будет все хорошо. В общем, для борьбы с ожирением и предотвращения его резкого роста нужна не серия срочных действий, а определенная государственная политика.

Эксперт Олег Бурлак рассуждает о том, что правительство доведет долю оклада в зарплатах медработников до 50%:

Увеличение доли окладов в заработных платах медицинских работников до 50% будет достаточно позитивным изменением. Это даже может стать шагом к урегулированию проблемы кадрового дефицита в сфере здравоохранения Российской Федерации.

Да, существует так называемая дорожная карта – подробный план, которого все стараются придерживаться в решении этой проблемы. Но дорожная карта предполагала, что медработник будет получать заработную плату на одну ставку, а на практике многие работают на полторы-две ставки – и только таким образом могут получать заработную плату на уровне, обозначенном в дорожной карте.

Если же оклад будет составлять 50% от заработной платы, у нас получится наконец выйти из этой ситуации, действительно увеличить заработную плату медицинским работникам. Или, если не увеличить, хотя бы снизить для них нагрузку. Тогда медработники уже не будут вынуждены брать две ставки, чтобы получать сумму, определенную сумму в дорожной карте.

А вот идею ввести доплаты медицинским работникам в малых городах и селах я считаю не совсем правильной. Такая мера может вызвать отток медработников из крупных городов. Например, Тольятти – почти город-миллионник, и он соседствует с Жигулевском, городом, в котором проживает 43 000 человек. Если врач Тольятти станет получать на 50 000 рублей меньше, чем врач в Жигулевске, до которого от Тольятти ехать буквально 15-20 минут, – разве это не создаст условия для оттока кадров из более крупного города?

Поэтому я думаю, что вместо этого нужно вводить более адекватные меры социальной поддержки медработников в небольших населенных пунктах. Это могут быть меры по предоставлению жилья, по дополнительным выплатам – например, на аренду жилья. Это могут быть государственные программы – допустим, предоставляющие медработникам средства на покупку вазовских автомобилей. И так далее.

Эксперт Олег Бурлак рассуждает о том, что медики сообщили о сложностях с новыми соцвыплатами:

Эта проблема носит массовый характер, и мы опять перекладываем яйца из одной корзины в другую. Идея, несомненно, хорошая. Но вопрос будет, как всегда, в реализации. Наверное, так же, как с COVID-19. Тогда сотрудники учреждений здравоохранения начали переходить в те учреждения, которые стали оказывать помощь больным коронавирусной инфекции. Соответственно, образовалась брешь в стационарах и поликлиниках.

Сейчас мы, скорее всего, увидим то же самое. И специалисты, которые оказывают помощь в стационарах и которым не положены выплаты, будут переходить в амбулаторные заведения, чтобы получить эти выплаты.

Также нужно отметить следующее. В связи с тем, что ранее у нас поликлиническое звено эффективно функционировало, многие поликлинические обязанности на себя взяли стационары. Врачи и медсестры в стационарах оказывают медицинскую помощь, которую должны оказывать в поликлиниках. А выплаты за это не получают. Соответственно, есть недовольство среди работников здравоохранения.

Не везде в городах при больницах есть отделения скорой помощи. Например, в моем лечебном заведении мы отказываем помощь экстренным больным, но не являемся скорой помощью. Соответственно, доплаты мы не получаем. Думаю, такая проблема есть у многих учреждений в регионах, и ее надо решать. Если этого не сделать, то это может привести к оттоку специалистов из стационаров в поликлиники и ЦРБ.

Самое правильное — нужно до конца реализовать майские указы президента, согласно которым заработная плата врачей должна составлять два средних оклада по области и региону. Причем это должно быть на ставку.

Эксперт Олег Бурлак рассуждает о том, что половина россиян принимает антибиотики в порядке самолечения:

К сожалению, ситуация с самоназначением антибиотиков наблюдается сплошь и рядом. Пациенты занимаются самолечением. Это относится не только к антибактериальной терапии, но и касается других заболеваний. При возникновении любых болей люди начинают самостоятельно искать информацию в интернете, слушать советы друзей, родственников, коллег и принимать какие-то лекарственные препараты. Иногда, к сожалению, начинают пить таблетки абсолютно бесконтрольно.

Например, у пациента появилась боль в брюшной полости, он жалуется близким, они советуют ему принять какое-то обезболивающее. К сожалению, советуемый препарат может усугубить ситуацию либо скрыть клиническую картину, что может привести к более серьезным осложнениям и отсрочке эффективного лечения. А по поводу антибактериальной терапии, повторю, ситуация действительно тревожная.

Чаще всего пациенты неправильно принимают антибиотики, рано отменяют антибактериальную терапию. Пациент начинает принимать антибиотики, ему становится немного легче, и он самостоятельно отменяет лечение. Это приводит к резистенции патогенной флоры, то есть инфекции, к этому яду. И если люди продолжат бесконтрольно принимать антибиотики, их эффективность снизится. Поэтому в любом случае лечение антибиотикам должен назначать только врач на основании осмотра, лабораторных исследований.

На мой взгляд, самолечение зачастую связано с недоступностью медицинской помощи. То есть у пациента поднимается температура, он пытается получить талон на прием в поликлинике. А ему этот талон дают через неделю. Пациент паникует, пытается снять симптомы самостоятельно, ищет симптомы и методы лечения в интернете.

Эксперт Олег Бурлак рассуждает о том, что цены на жизненно важные лекарства выросли за год на 2,3%:

Стоит отметить, что в этом году стоимость некоторых лекарственных средств снизилась. Думаю, это многие заметили. Это стало возможным благодаря нескольким факторам. Во-первых, в стране несколько замедлилась инфляция. Плюс в основном все лекарства, внесенные в перечень жизненно важных — отечественного производства. За редким исключением. И когда раньше иностранные фармакологические компании заходили на российский рынок всякими легальными и не очень способами, они попросту выдавливали российских производителей. А потом завышали стоимость на свои лекарства.

У людей просто не было альтернативы. Сейчас, в период санкций, многие иностранные фармкомпании ушли, что не могло не отразиться на рынке. Этот факт благоприятно отразился на наших отечественных производителях, которые не только стали увереннее себя учувствовать, но и расширили перечень производимых лекарств. Естественно, что все это повлияло на цены.

По некоторым позициям стоимость ЖВЛ снизилась. Думаю, что сегодня мы движемся в правильном направлении. И будем надеяться если не на дальнейшее снижение, то хотя бы на стабилизацию ситуации.

Эксперт Олег Бурлак рассуждает о том, что частные клиники теряют пациентов:

Отток пациентов из частных клиник можно объяснить несколькими факторами. Во-первых, когда была пандемия, государственные медицинские учреждения не оказывали специализированную плановую помощь и не проводили консультации, так как была большая нагрузка на амбулаторные звенья и стационары. Это привело к тому, что пациенты вынуждены были обращаться в платные клиники.

Во-вторых, у нас растет уровень оказания специализированной помощи в рамках обязательного медицинского страхования. Это, как вы понимаете, так же влияет на то, что пациенты предпочитают обращаться в государственные медицинские учреждения. Зачем переплачивать, если квалифицированную помощь врача можно получить совершенно бесплатно по полису ОМС?

И в-третьих, на фоне экономического кризиса наблюдается снижение реальных доходов населения. Заработок людей падает, кто-то теряет работу. В этих условиях далеко не каждый может позволить себе платную медицинскую помощь, что в итоге сказывается на работе частных клиник. На мой взгляд, совокупность этих трех факторов и дает такую динамику.

Эксперт Олег Бурлак рассуждает о том, что Минздрав рекомендовал регионам самим регулировать зарплаты врачей:

Выполнение майских указов президента провалено, на мой взгляд, полностью. Возможно, их удалось выполнить в мегаполисах, таких, как Казань, Москва, Санк-Петербург. Но я в очередной раз убеждаюсь, что у нас государство статистов, работа которых направлена не на улучшение качества медицинской помощи, условий труда медицинского персонала, повышение их реальных заработных плат, а на подгонку цифр, статистики.

Сказали — надо повысить заработные платы. Поручение выполняется, но как? С помощью увеличения нагрузки, оптимизации. Все врачи в регионах работают не на одну ставку, иногда даже не на две. Соответственно, врач получает зарплату за 1,5-2 ставки, и кажется, что майские указы президента выполнены. Но на самом деле это не так. Если врач будет работать на ставку, его зарплата будет равна средней по региону.

Однако уравнять заработные платы Москвы и регионов, на мой взгляд, тоже не совсем адекватное предложение. Да, цель понятна. Доктор может уехать в глубинку, и зарплата его не изменится. Средств на аренду жилья, его покупку, на бытовые расходы будет уходить меньше. На мой взгляд, такой подход не совсем корректный. Это чревато оттоком специалистов из крупных городов, что тоже не приведет ни к чему хорошему.

На мой взгляд, сегодня основной упор нужно делать на улучшение условий труда медицинских работников, на повышение качества медпомощи. С увеличением, соответственно, заработных плат. Причем делать это нужно реально, а не только на бумаге. Целесообразно вернуться к истокам проблемы, проанализировать размер заработной платы с учетом работы медперсонала на одну ставку. Увидеть реальные цифры, а потом уже принимать меры по увеличению оплаты. Причем не за счет дополнительных нагрузок или сокращения персонала.

Такой подход ведет к выгоранию медперсонала, к росту профзаболеваний и т.д. К сожалению, смертность среди медработников, если смотреть по возрасту, одна из самых высоких в нашей стране. Поэтому отдавать решение такой важной проблемы на откуп регионам не совсем правильно. Подход должен быть централизованным.