Эксперт Олег Сухарев рассуждает о том, что отставание бюджетных доходов от расходов увеличилось до 2,2% ВВП:

Отставание бюджетных расходов от доходов, увеличившееся до 2,2% от ВВП, вызывает серьезные опасения и требует внимательного анализа. Хотя временные отклонения между доходами и расходами бюджета могут быть допустимыми, текущая ситуация явно не является положительным сигналом для экономики страны.

Особенно тревожным является тот факт, что одновременно с увеличением дефицита бюджета растут выплаты по государственному долгу. Это создает дополнительное финансовое бремя и ставит под угрозу устойчивость бюджета. Если расходы продолжают опережать доходы, это может привести к устойчивому дефициту, что, в свою очередь, создаст риски для финансовой стабильности.

Такая ситуация также указывает на более глубокие проблемы в налоговой системе. Возможно, она недостаточно эффективна или несправедлива, что приводит к недостаточным поступлениям в бюджет. Это может быть следствием не только проблем в администрировании налогов, но и структурных недостатков в экономике, которые препятствуют росту доходов.

Кроме того, наблюдаемая тенденция указывает на то, что экономика развивается неэффективно. Это означает, что рост происходит за счет увеличения затрат, а не за счет повышения производительности и инноваций. Если такая модель сохранится, то мы можем столкнуться с серьезными экономическими проблемами в будущем.

Если текущее отставание доходов от расходов продолжится, бюджетный дефицит будет только расти. Однако долгосрочное существование значительного дефицита бюджета невозможно по ряду причин — это ведет к увеличению государственного долга и снижению доверия инвесторов. В конечном итоге стране придется принимать трудные решения: либо ужесточать бюджетную политику, либо кардинально менять экономическую стратегию.

Эксперт Олег Сухарев рассуждает о том, что расходы бюджета России на обслуживание госдолга выросли в три: раза:

Государственный долг страны делится на внутренний и внешний. Внешний долг России относительно невелик, тогда как внутренний более значителен, но в целом не представляет угрозы для экономики. Ранее общий долг составлял менее 20% от ВВП, и его недавний рост в два раза указывает на скорость происходящих процессов, однако, повторю, что сам долг не является опасным для экономической стабильности.

Увеличение внутренних заимствований связано с необходимостью финансирования задач развития страны, а также с высокими процентными ставками. Важно отметить, что основная часть расходов идет на погашение процентов по долгу. Хотя мы наблюдаем трехкратное увеличение расходов на обслуживание госдолга, это обусловлено крупными и сложными задачами, требующими значительных затрат.

Кроме того, укрепление рубля, который стал основной валютой для обслуживания внешнеэкономических операций России с государствами БРИКС, также играет свою роль. Потенциально госдолг можно увеличить до 30% от ВВП, чтобы обеспечить ресурсы для дальнейшего развития. Однако для такого увеличения необходимо запустить институты развития и реализовать проекты и программы, например, в сотрудничестве с Беларусью в рамках союзного государства.

Но все-таки важно контролировать темпы роста государственного долга, чтобы избежать ажиотажа и искусственного создания «политического страха» из-за якобы неконтролируемого увеличения долга. Умеренный подход к управлению госдолгом позволит обеспечить устойчивое развитие экономики и минимизировать риски.

Эксперт Олег Сухарев рассуждает о том, что равновесным является курс в 100 руб. за доллар:

Действительно, укрепление национальной валюты, при прочих равных, всегда ухудшает экспорт и делает относительно дешевым импорт. В итоге, чистый экспорт как составная часть ВВП может ухудшаться, что с учетом его динамики обеспечит и меньший вклад в темп экономического роста страны.

Увеличение стоимости национальной валюты создает невыгодные условия для отечественных производителей, которые сталкиваются с трудностями в конкуренции на международных рынках. Это может привести к снижению объемов экспорта, что негативно сказывается на экономике, особенно в условиях, когда экспортные доходы играют ключевую роль в финансировании бюджета и поддержании экономической стабильности.

Что касается оценки по поводу «равновесного валютного курса», то по всей видимости, она взята ориентировочно, либо с потолка. В противном случае нужны расчеты и оценка самого равновесия. Применение интуитивных подходов без тщательного анализа может привести к ошибочным выводам о состоянии экономики. Равновесный курс должен учитывать множество факторов, включая инфляцию, уровень внешнего долга, состояние платежного баланса и другие макроэкономические показатели.

По интуитивной оценке и я могу сказать, что девальвация до 90 рублей за доллар вполне допустима, но не выше, ибо большая девальвация опять приведет к росту цен — подорожает импорт, что может совсем не компенсироваться экспортными возможностями. Важно помнить, что чрезмерная девальвация может вызвать инфляционные процессы, что негативно скажется на покупательской способности населения и общем уровне жизни.

Следовательно, необходимо найти баланс между конкурентоспособностью экспорта и стабильностью цен внутри страны. Это требует комплексного подхода к экономической политике, включая меры по поддержанию производительности и инвестиционной привлекательности отечественных товаров.

Эксперт Олег Сухарев рассуждает о том, что бюджеты российских субъектов Федерации закончили I квартал 2025 года в плюсе:

Когда замедляется развитие в отдельно взятом регионе и стране в целом, радоваться профициту бюджетов, да еще его росту, на мой взгляд, не очень дальновидно, ибо не совсем ясно, не вызывает ли это торможение наравне с иными релевантными факторами. Конечно, важно бюджетные расходы направить на стимулирование экономики, а не радоваться, что собрано больше в бюджет и он профицитен. Перед страной стоят грандиозные задачи, в том числе по повышению обороноспособности.

По идее, был бы полезен дефицит и некоторый рост внутреннего долга, чтобы профинансировать рост расходов на военно-промышленный комплекс, по мультипликации продукции двойного назначения и высокотехнологичных секторов. Непонимание этого — ошибка, такая же фатальная, как и непонимание негативного эффекта указанного профицита, точнее, его роста.

Налоги могут не просто затормозить экономику, в пиковом случае они способны ее затормозить и даже остановить. Такие цели должны быть предметом скрупулезного анализа, без шапкозакидательства и обязательной коррекции для стимулирования экономики.

Эксперт Олег Сухарев рассуждает о том, что внешний долг РФ сократился до минимума за 18 лет:

То, что внешний долг России сократился, — совсем не плохой результат. Вообще в долги агент, как правило, залезает, когда ему остро нужны средства, финансы, деньги. И нечем их покрыть. Долговая, кредитная зависимость для страны в конце концов может обернуться потерей финансового суверенитета. Поэтому нет ничего плохого в сокращении долга и небольшой его величине. Но при этом нужно еще и развиваться. В настоящее время страна имеет невостребованные внутренние ресурсы, которые могут помочь ей развиваться дальше. Следовательно, нет необходимости увеличивать серьезно внешний государственный долг, даже у дружественных стран. Главная задача — найти внутренние источники развития и подключить их, точнее, даже создавать их и использовать максимально.

Ставка ЦБ высока, и это отрезает возможности внутреннего кредитования, которые можно было бы направить на развитие страны. В таких условиях занимать глупо, недальновидно, да и в перспективе опасно. Само снижение долга произошло, судя по данным, с 300 до 290 млрд долларов, то есть немногим боле 3%. Долги погашаются, а враждебное окружение и агенты не занимают. Учитывая, что эти займы и не работали на развитие, нет гарантии, что они заработали бы сегодня. Поэтому, как говорят, не велика беда и потеря. Альтернатива одна: иная внутренняя политика по созданию кредита и авансирование развития, политика, о которой говорит академик Сергей Глазьев и его сторонники.

Эксперт Олег Сухарев рассуждает о том, что операции граждан через СБП снизили объем впервые за всю историю наблюдений:

Во-первых, стоит отметить, что сезонное снижение объемов быстрых платежей — это обычное явление для первого квартала. В преддверии этого периода мы наблюдали рост, который, как и в любой другой системе, достигает своих пределов. В результате, после периода активного увеличения, наблюдается естественное замедление темпов роста, что также касается и быстрых платежей.

Это явление можно объяснить тем, что рынок быстро адаптируется к изменяющимся условиям, и когда он достигает определенного уровня насыщения, дальнейший рост становится затруднительным. В итоге система начинает испытывать замедление, и это отражается на объемах быстрых платежей.

Во-вторых, важно учитывать, что в стране реализуется жесткая рестриктивная политика, направленная на ограничение экономического спроса. Это сдерживание влияет на доходы населения и, как следствие, на потребительские расходы. Когда общие расходы находятся под давлением, необходимость в быстрых платежах также снижается. Люди и компании становятся более осторожными в своих финансовых решениях, что приводит к уменьшению объемов транзакций и активного использования быстрых платежных систем.

Таким образом, сочетание сезонных факторов и жесткой экономической политики создает условия для замедления динамики быстрых платежей в текущий период.

Эксперт Олег Сухарев рассуждает о том, что реальные доходы россиян выросли на 8,5%:

Считаю, нужно поддержать правительство Мишустина и поблагодарить за работу. Однако рост ВВП на 4,1 при росте реальных располагаемых доходов на 8,5% не снимает большого числа серьезных задач, которые требуется решать: в частности, по формированию новых источников роста в будущем либо наполнения существующих, находящихся в стадии исчерпания.

К тому же, отраслевая политика, которую резко активизировал Мишустин, что является безусловным плюсом, тем не менее, конфликтует с жесткой рестриктивной монетарной  политикой, сдерживающей развитие. Поэтому и прогнозы на 2025 год более скромные, а структурные изменения официально не планируются и не управляются никак.

К тому же созданные наспех законы, в частности, закон «О технологической политике», и иные акты наверняка будут тормозить развитие в будущем, ибо сферы деятельности оказываются в зоне неотрегулированности и дефицитности ресурса на развитие.

Поддерживая усилия Мишустина, нужно все-таки трезво оценить перспективы и обратить внимание на адекватность формирования задач развития нашей страны. В этой связи неплохо вспомнить и первого русского академика по экономике Ивана Ивановича Янжула с его работой «Экономическое значение честности (забытый фактор производства)» от 1911 года.

Эксперт Олег Сухарев рассуждает о том, что Минэк разработал параметры участия ВЭБ.РФ в проектах ГЧП:

Государственно-частное партнерство (ГЧП) действительно демонстрирует неоднозначные результаты в плане своей эффективности. В большинстве случаев его результаты могут оставлять желать лучшего, особенно когда речь идет о комплексных проектах, требующих значительных инвестиций и долгосрочного планирования. Однако в отдельных случаях, особенно в сфере инфраструктурных проектов, таких как строительство дорог и мостов, эффективность ГЧП может быть вполне приемлемой. Это связано с тем, что такие проекты часто требуют большого объема финансирования и специализированных знаний, которые частный сектор может предоставить более эффективно, чем государственные структуры.

Тем не менее, высокая эффективность ГЧП в некоторых случаях не исключает наличие альтернативных моделей организации экономической деятельности и развития соответствующих сфер. Важно помнить, что выбор между различными подходами должен основываться на тщательном анализе конкретной ситуации, потребностей и ресурсов.

В этом контексте особую роль играет Внешэкономбанк (ВЭБ), который активно участвует в разработке методик оценки эффективности проектов ГЧП. ВЭБ не только занимается оценкой полезности проектов, но и анализирует связанные с ними риски. Это позволяет более точно определить жизнеспособность и устойчивость проектов, а также выявить возможные проблемы на ранних стадиях их реализации.

Кроме того, ВЭБ выступает в качестве кредитующего банка, что дает ему возможность финансировать проекты ГЧП своими ресурсами. Это делает его роль в системе ГЧП особенно важной и понятной, поскольку он не только оценивает проекты, но и непосредственно участвует в их реализации.

Корпорация развития, в свою очередь, функционирует как институт развития, который призван управлять процессами развития и обеспечивать финансовую поддержку различных инициатив. Институты развития необходимы для создания благоприятной среды для инвестиционной активности и инноваций. Однако их реальная эффективность часто вызывает вопросы. Не всегда институты работают так, как предполагалось изначально, что может приводить к недостаточной реализации потенциала проектов.

Тем не менее, несмотря на эти недостатки, институты развития продолжают выполнять свою основную функцию — финансовое обеспечение проектов. Это особенно важно в условиях ограниченных бюджетных ресурсов и необходимости привлечения частных инвестиций для реализации масштабных инициатив.

Эксперт Олег Сухарев рассуждает о том, что девять госкомпаний могут запустить в 2025 г. программы «выращивания» поставщиков из числа малого бизнеса:

Проблема в том, что пока непонятно, в чем будет состоять «выращивание» поставщиком. Как будет предотвращаться сговор, а также как будут определять, кого выбирать на «взарщивание» или «выращивание».  Вообще, выращивают капусту или картошку, клубнику, но не поставщиков.

Мне представляется недальновидным как сам термин, так и в целом пока непродуманный подход. Поэтому относительно 44-ФЗ трудно что-то сказать, за исключением того, что сам этот закон мной много лет назад аргументированно критиковался как создающий повод для коррупции, затрудняющий своей «имитацией рынка» экономическое развитие страны.

Скорее всего, это «выращивание» будет в каком-то виде происходить по схемам 44-ФЗ. Только вот перевырастить не удастся, видимо. Как можно провести дополнительные торги или переторговать те, которые уже состоялись?

Вообще, кроме улыбки, этот подход пока ничего не вызывает. Каковы аргументы в его пользу, ожидания — не очень понятно. Ведь у любой затеи есть плюсы и минусы. И следует доказательно показать и те, и другие, попытаться взвесить и соотнести все «за» и «против», чтобы понять, перевешивают плюсы либо, наоборот, минусы. Этого никто не делает — и это главный порок подобных решений.

Эксперт Олег Сухарев рассуждает о том, что Минфин заявил об отсутствии планов менять параметры налоговой системы:

Минфин России заявил об отсутствии планов по изменению параметров налоговой системы, что подразумевает, что новые источники доходов не будут искаться через изменения налоговых ставок или структуры. Тем не менее, важно отметить, что в заявлении упоминается «основные параметры», что может свидетельствовать о возможности внесения корректировок в будущем, если возникнет такая необходимость для увеличения доходной части бюджета.

Стоит подчеркнуть, что значительные и постоянные изменения в налоговой системе зачастую могут иметь негативные последствия для экономики. Такие меры могут вызвать неопределенность у бизнеса и инвесторов, что в свою очередь может затормозить экономическое развитие. В условиях, когда рост ВВП остается на приличном уровне, стабильность налоговой системы может служить основным источником доходов для бюджета, позволяя избежать возможных рисков, связанных с резкими изменениями.

Таким образом, сохранение текущих параметров налоговой системы может быть разумным шагом для обеспечения предсказуемости и стабильности в экономике, что в конечном счете будет способствовать устойчивому развитию и увеличению бюджетных поступлений.