Эксперт Сергей Завьялов рассуждает о том, что с 1 сентября регоператоров обяжут проводить все вторичные ресурсы через электронные торги:

Электронная торговая площадка, о которой идет речь, никоим образом не повлияет на объемы вторичного сырья, получаемого из смешанных твердых коммунальных отходов. Использование такой торговой площадки имеет целью лишь централизацию финансовых и материальных потоков вторсырья и обеспечение уплаты процента с этих торгов оператору электронной торговой площадки.

Больше никакого функционала она не несет. От ее наличия и от количества торгов на ней не увеличится ни процент выборки вторичных материальных ресурсов из твердых коммунальных отходов, ни качество этого вторичного сырья. На технологические параметры переработки обязанность регоператоров проводить все вторсырье через электронные торги никак не повлияет.

Повлияет лишь на финансовые потоки – и сделает операторов по обращению с твердыми коммунальными отходами, получающих вторичное сырье при сортировке мусора, более подконтрольными. То есть для усиления контроля над региональными операторами со стороны Минприроды она пригодна, но не следует ожидать каких-то радикальных изменений в результате введения такого правила. Чудес не бывает.

Это достаточно простая ситуация: в Российской Федерации есть неорганизованный рынок вторичного сырья, и его хотят загнать в один электронный супермаркет. В нем всех обяжут продавать вторсырье, и владелец супермаркета будет получать свои проценты. Вот и вся история.

Эксперт Сергей Завьялов рассуждает о том, что «Ростех» заморозит строительство трех мусорных заводов «до лучших времен»:

Технология мусоросжигания во всем мире вызывает массу вопросов, причем вопросов обоснованных. У нас в стране тоже. И опыт использования этой технологии показывает, что не все в ней хорошо и не все так с ней просто. В первую очередь это касается выбросов таких заводов, а во вторую – стоимости самой технологии переработки отходов по методу мусоросжигания.

При проектировании этих заводов изначально были заложены технологии и оборудование зарубежных компаний. Но зарубежные компании по известным причинам перестали сотрудничать с Российской Федерацией. Вот тут и возникает вопрос: насколько эти технологии были уникальны? Мы что, не можем их воспроизвести? Даже если на федеральном уровне уже принято решение о том, что мы обращаемся к мусоросжиганию?

Если есть гарантии того, что планируемые к применению методы обеспечат экологическую безопасность и, возможно, таким путем решится вопрос с большим количеством образования твердых отходов, то эта технология нам нужна и полезна. Но неужели мы так и не смогли воспроизвести ее отечественной промышленностью? Получается, не смогли. Что же, наша промышленность не готова к решению таких, в принципе, не очень сложных задач?

Тут, конечно, сразу встает вопрос об усилении технологического суверенитета – о необходимости направить больше внимания и ресурсов для повышения компетенций, квалификации персонала и развития собственных технологий в этой сфере. А то, что деньги сейчас дорогие, – это, конечно, верно. Процентные ставки по кредитам высоки, поскольку учетная ставка Центробанка запредельна. В таких условиях, наверное, многие бизнес-проекты будут приостановлены либо не начаты.

С этим спорить сложно. И, наверное, можно подождать, пока ситуация исправится. Только не будет ли цена этого ожидания слишком высокой? Да и вообще, с 2019 года, когда реализация этих проектов началась, прошло 5 лет. Неужели за это время не было возможности их построить? Или, может быть, не было поставлено задачи импортозаместить необходимую им технологию? Тогда нужно эту задачу поставить. Министерство промышленности и торговли как раз занимается поддержкой этих направлений.

Нужно поставить задачу разработать отечественную технологию термической утилизации твердых коммунальных отходов, которая бы обеспечила высокий КПД. У нас разработаны справочники по наилучшим доступным технологиям по термической утилизации отходов. Надо взять технологию этого справочника и применить, пересмотреть проекты строительства заводов с учетом поправок по технологии. В любом случае, ситуация должна как-то разрешаться. Останавливаться на нынешнем этапе точно не стоит, нужно искать выход.

Эксперт Сергей Завьялов рассуждает о том, что в России изменятся требования к объектам обращения с твердыми коммунальными отходами:

Ситуация с сортировкой ТКО, то есть твердых коммунальных отходов, напоминает необходимость отделить молоко от кофе из готового кофе с молоком. Если это выполнимо, то какими-то совершенно невообразимыми способами. Проще не смешивать. Это верно и для ТКО и потенциального вторсырья.

И тут возникает вопрос целеполагания. Чего государство хочет от этой ситуации? Чтобы во дворах было чисто? Этого мы почти добились. И если где-то возникает очаговое недовольство тем, что контейнерные площадки завалены, то оно, скорее, относится к недоработкам либо регионального оператора, либо местных властей. Все это – мелочи, которые устраняются очень быстро.

А дальше-то мы чего хотим? Чтобы мусор приехал на полигоны? Или мы хотим массу ТКО переработать в нечто полезное? Если да, то нужно не допускать смешения разных видов мусора. Потому что когда все смешалось и превратилось в грязную массу, спрессованную плитой мусоровоза, то какой бы ни была сортировка и какие бы ни ставили нормативы по выделению из полезных фракций, это будет недостижимо.

Если мы хотим, чтобы из ТКО делалась тротуарная плитка, скамейки, малые архитектурные формы и так далее, нужно смещать акценты на их производство. А пока сортировка ТКО у нас сейчас ведется просто ради сортировки, требований по качеству сортировки нет. Даже если ничего полезного из общего объема отходов не извлекли, деньги все равно будут получены – просто за то, что отходы заехали на сортировочный комплекс.

Но ведь это неправильно! Заказывая работу строителям или малярам, мы же платим им не за то, что они существуют и приходят, а за результат. Так вот, в сортировке результатом является количество и объем вторсырья товарного качества, которые получаются на выходе. Оно позволяет заместить потребление первичного сырья, не допустить образования свалок и множества полигонов ТКО со всеми вытекающими последствиями. 

Чтобы поменять ситуацию, нужно менять к ней подход – менять целеполагание, заниматься тем, чтобы организовывать более сложные экономические системы, которые бы способствовали переработке ТКО. Чтобы их правильно перерабатывать, нужно не допускать их смешения в мусоровозе и стимулировать население к так называемому раздельному сбору.

На мой взгляд, нужно платить через пункты приема вторичного сырья, как это было организовано в Советском Союзе. Возможно стоит задуматься и над тем, чтобы запретить выпуск определенных упаковок. ТКО являются сырьем для производства продукции. И поэтому те же самые экономические принципы размещения производства и оптимизация логистических издержек абсолютно применимы в этой истории. А у нас пока подходы к ней пока примитивные.

Эксперт Сергей Завьялов рассуждает о том, что мусорная отрасль в 2025 году получит новые законы и правила:

У нас реформа сферы обращения с отходами идет с 2014 года. За это время ситуация в стране только усугубилась. Не было создано ни одного квадратного метра перерабатывающих мощностей, кроме фейковых историй с компостом и RDF (англ. refuse-derived fuel, то есть топливо из отходов для сжигания в печах на ТЭЦ или некоторых производствах – прим.ред.) Фейковыми я называю их потому, что, например, «Эколайн», лидер отрасли, уверяет, что эти продукты не нужны никому и что их он якобы вынужден сваливать на других полигонах.

Так что система, выстроенная на сегодняшний день, не приведет ни к чему, кроме роста бюджетных ассигнований и росту тарифа для населения. К сожалению, эту ситуацию подготовленные проекты новых нормативно-правовых актов не меняют – они идут в фарватере избранного курса. Я во многом согласен с мыслью о том, что мы пытаемся решать проблему обращения с твердыми коммунальными отходами не с того конца. Мы пытаемся поделить, кто же будет вывозить мусор и кому сколько платить (так, чтобы побольше платить, а вывозить поменьше), но совершенно забываем о том, что дальше будет с этими твердыми коммунальными отходами.

Если говорить точнее, нам не хватает не только мощности по переработке ТКО – у нас в принципе нет мощностей по производству из переработанного мусора востребованной продукции. Нет спроса на товарную продукцию, произведенную из ТКО. Рынку нужно, чтобы продукция (например – малые архитектурные формы или тротуарная плитка из ТКО), пользовалась спросом. Но мер, направленных на стимулирование этого спроса, очень мало и они фрагментарны. А раз нет спроса на готовую продукцию, не будет выстраиваться и инфраструктура по производству этой продукции, и логистика, и инфраструктура по раздельному накоплению ТКО.

Раздельное накопление ведь нужно не само по себе, как фетиш, а для того, чтобы максимально сохранить товарные свойства вторичных материальных ресурсов, которые входят в ТКО. А государство сконцентрировалось на первичном звене: мол, есть региональный оператор, который вывозит мусор из дворов – значит, нужно ему максимально дать денег. Пусть станет долларовым миллиардером, а потом его посадят за хищения. В общем, из-за того, что акценты неверно расставлены, у нас ничего эффективного в этой области не происходит и не будет происходить, пока мы эти акценты не переставим. Тут упомянутые нормативные акты не помогут: они акценты не смещают, а даже усугубляют ситуацию.

И еще я могу сказать, что борьба за вывоз ТКО – это буря в стакане воды, потому что ТКО не так сильно влияют на окружающую среду, как об этом говорят. А куда более эффективно у нас борются со строительными отходами. Подготовлен законопроект, подчеркивающий важность переработки таких отходов в товарную продукцию, и выстраивается полностью вся логистика и регулирование.

Самое удивительное тут то, что процессы, которые происходят в ТКО и в строительных отходах, формируются одними и теми же людьми. То есть принцип они понимают и квалификации им хватает. Но, видимо, в ТКО так основательно запутались, что сейчас что-то резко поменять крайней сложно. Но зато имеется возможность с учетом накопленных ошибок выстраивать более грамотные процессы в смежных отраслях. Кстати, и количество строительных отходов гораздо больше, чем ТКО, и мест для них на полигонах нет.

Будучи оптимистом, я думаю, что прогрессивный опыт Москвы и Московской области в этой сфере будет экстраполирован на всю страну, и через год-два мы получим крайне положительный опыт обращения со строительными отходами. А затем этот опыт будет применен к иным отходам – сельскохозяйственным, например. А затем мы вернемся к ТКО –и будем уже решать их проблему. Может быть, это случится на следующем электоральном цикле, то есть после 2026 года, когда у нас будет новая Дума. Появится новая команда – и она сможет поменять все.

Эксперт Сергей Завьялов рассуждает о том, что обустройством площадок для мусорных контейнеров займутся регоператоры:

Проблема того, кто должен обустраивать площадки для мусорных контейнеров, может решаться по-разному в зависимости от подхода к вопросу, как же должен работать региональный оператор. Если мы считаем, что услуга его является фактически навязанной, то есть он должен работать в обязательном порядке, он фактически монополист, сам обслуживает территорию и собирает плату за свою работу, тогда он и должен обустраивать контейнерные площадки.

Но, если мы предполагаем, что живем в правовом государстве и у потребителя есть право выбирать и объем услуг, и их поставщика, тогда потребитель должен сам и отвечать за обустройство места накопления ТКО, твердых коммунальных отходов. Как, в принципе и было до появления региональных операторов.

Тогда региональный оператор просто транспортировал эти отходы от места накопления, грамотно обустроенного по всем требованиям действующего законодательства, до объектов утилизации. В рамках этого подхода ранее предусматривалось, что контейнерные площадки создаются и обустраиваются за счет владельца конкретного земельного участка и за счет коллективного пользователя конкретной контейнерной площадки.

При таком подходе нет необходимости перекладывать на регионального оператора эту обязанность, тем более подкрепляя ее обязанностью потребителя уплачивать повышенные тарифы. Ведь понятно, что если регоператор будет тратить свои деньги на создание таких площадок, потом переложит свои затраты в увеличенную плату на потребителя.

И, главное, мы ведь декларируем, что количество отходов у нас должно неуклонно сокращаться (а в идеале их быть не должно вовсе). Значит, площадок должно становиться все меньше, а в идеале они и вовсе будут не нужны. Но когда региональный оператор получит право создавать эти площадки за счет потребителей, потребитель уже, хочешь не хочешь, обязан будет отходы производить – чтобы хотя бы как-то воспользоваться услугой, которую уже оплатил.

А раз он будет вынужден эти отходы все-таки образовывать, значит, цели, декларированные на государственном уровне, гарантированно не будут достигнуты. Получается, что если мы хотим достичь целей, которые установил президент, то регоператор ни в коем случае не должен создавать контейнерные площадки.

Эксперт Сергей Завьялов рассуждает о том, что назван регион — лидер «зеленого» жилищного строительства в стране:

Для меня отрадно видеть информацию о том, что появились такие рейтинги. Таких стандартов, ГОСТов по «зеленому» строительству несколько. Требования к многоквартирным домам — один из них. Очень позитивный момент, который характеризует процессы, происходящие в понимании государством подходов к формированию комфортной среды.

Смарт-сити, экополисы — это новые поселения, которые позволяют не только снизить негативное влияние на окружающую среду, но и обезопасить людей, в них проживающих. Наверняка в эту логику просится «зеленый» стандарт по инфраструктуре. То есть строительство очистных сооружений, электростанций — того, что обеспечивает жизнедеятельность городов и поселений.

В прошлом году мы затрагивали тему того, что принципы «зеленой» экономики должны присутствовать на каждой стадии любых сфер деятельности человека. Сфера ЖКХ – одна из самых главных. И требование к стандартизации этих поселений, мест пребывания должно быть очень высоким. Требования к строительным и отделочным материалам, чтобы они не выделяли в окружающую среду токсичные вещества. И здесь как никогда близко мы подошли к самой сути понятия «экология».

Поэтому, уверен, за рейтингами последует KPI. Сначала будут хвалить передовиков, а потом начнут требовать повсеместного исполнения от всех остальных, кто не присоединился в добровольном порядке. Считаю, следует только порадоваться этому.

Эксперт Сергей Завьялов рассуждает о том, что бизнес жалуется на проблемы с ТКО из-за нарушений со стороны региональных операторов:

Нужно понимать, что есть тариф, а есть плата за вывоз твердых коммунальных отходов. Тариф – это цена за единицу услуги, плата – стоимость объема предоставленных услуг. Так вот, путаница начинается с этих понятий. А тариф не есть плата – он может быть каким угодно, высоким или низким, но конечного потребителя интересует лишь, сколько он заплатит в итоге. То есть именно плата.

Плата же зависит от того, как посчитают объем услуги – по условному расчетному нормативу или по фактическому объему. Подсчет по фактическому объему оказанной услуги является более справедливым. При таком подходе четко видно, сколько именно оказано услуги. Вывезли один объем мусора – платишь за этот объем, другой – платишь за другой, не вывезли вообще – не платишь.

Причем плюс тут еще в том, что когда тариф умножают на четко определенное количество мусорных контейнеров, тариф этот проходит жесткий контроль органов тарифного регулирования. Да, теоретически какие-то злоупотребления и при этом еще возможны, но уже очень и очень ограниченные. Тогда как при использовании нормативов накопления твердых коммунальных отходов поле для коррупции безгранично. Это просто Клондайк для мошенничества.

Что такое норматив? Это средний показатель количества отходов, образующихся у тех или иных категорий потребителей. Отсюда возникает, кстати, и проблема малого бизнеса. Когда бизнесмен зарегистрирован по месту жительства как ИП, региональный оператор берет с него плату и как с физлица, и как с юрлица. Услуга оплачивается дважды, причем ее объем по нормативу, как правило, больше реального в несколько раз. Потому что при расчете норматива региональные операторы и органы власти, участвующие в определении норматива, не могут четко и достоверно (уже хотя бы в силу того, что норматив – не точный, а усредненный показатель) определить, сколько же именно образуется отходов.

Зачастую региональные операторы этим злоупотребляют, умышленно завышая расчетные нормативы. Например, расчетные нормативы по Курганской области в 2021 году – и это было установлено прокуратурой и доказано в суде – были завышены в четыре раза. А пока шел процесс отмены этих нормативов, их повысили еще на 20%.

Так что использование норматива в качестве способа определения объема оказанной услуги является проблемой. Хотя оно правомерно – так же, как и использование фактических объемов. Постановления правительства Российской Федерации №384 и другие документы по правилам предоставления коммунальных услуг говорит о том, что потребитель вправе выбрать любой из этих двух способов коммерческого учета. А то, что он не выбирает справедливый учет по факту есть результат манипуляции его мнением и его знанием на региональном уровне. Региональные операторы и органы однозначно знают – или обязаны знать – о преимуществах и специфике того или иного способа коммерческого учета. И то, что они рассказывают своим потребителям о невозможности учитывать отходы никак иначе, кроме как по нормативу, является прямым мошенническим действием – введением в заблуждение потребителя, навязыванием ему невыгодной, кабальной сделки.

Поэтому потребителям нужно быть более грамотными, знать свои права, которые прописаны давно и поддерживаются судами. А правоохранителям нужно обратить внимание на эту проблему – и привлекать к уголовной ответственности за введение в заблуждение, за навязывания кабальной сделки, то есть за мошеннические действия региональных операторов.

Эксперт Сергей Завьялов рассуждает о том, что глава Минприроды предложил провести в РФ генеральную уборку:

Я с министром абсолютно согласен. Только мы эту историю начинали еще 2014 году – как раз ровно под теми же самыми лозунгами, что стране необходима генеральная уборка, что накоплено очень много свалок, в том числе переполненных. Поэтому возникает некое дежавю даже и вопрос: а что мы делали все эти семь лет? Разве мы не наводили генеральную уборку в стране? По-моему, наводили. Может быть, это было недостаточно эффективно, но это уже другой вопрос.

Реально ли довести ее до конца? На мой взгляд, нет ничего нереального. Мы даже мост в Крым построили, хотя нам обещали, что он провалится, не будет никогда построен, но он прекрасно функционирует. Это абсолютно реально – при грамотном подходе, планировании и администрировании этого процесса. Убрать за собой мусор – это даже не в космос полететь. В принципе, это плевое дело.

Эксперт Сергей Завьялов рассуждает о том, что «Макдоналдс» решил организовать раздельный сбор отходов по всей России:

Во-первых, организовать раздельный сбор отходов, тем более, для сети «Макдональдс», не составляет абсолютно никакого труда. Скорее всего, у них уже есть какой-то корпоративный стандарт, они поставят в каждой точке несколько контейнеров, в которые будут собирать мусор. Второй вопрос – более сложный. Существует ли сеть переработчиков для такого количества отходов? Нужно понимать, какие отходы они будут собирать.

Если они будут собирать стаканы из плохо перерабатываемых или не перерабатываемых материалов, то, естественно, они никому не нужны будут. «Макдональдсу» надо переориентировать свой подход под выпуск своей упаковки – той, которая подвержена многократной циклической переработке. Тогда они моментально найдут своего потребителя, и система будет работать. Почему не работает нормальный сбор отходов? Нет спроса на те отходы, которые собираются раздельно.

Если «Макдональдс» будет использовать те материалы, которые подвержены многократной переработке, которая востребована рынком, безусловно, это подстегнет интерес со стороны бизнеса к раздельному сбору мусора. Либо если компания начнет платить за переработку тех материалов, на которых они работают, но это будет сложнее, потому что придется создавать новые производственные мощности по переработке каких-то материалов.

Насколько мне известно, в России есть всего одно предприятие, которое способно перерабатывать тетрапак. Все остальные этим не занимаются, потому что это экономически невыгодно и муторно. Если «Макдональдс» будет пользоваться стаканчиками из тетрапака, то вряд ли они найдут поддержку, а если это будут стаканчики из перерабатываемого картона или ПЭТ-бутылки, или стекло, то никаких проблем не возникнет.

На стекло сейчас огромный неудовлетворенный спрос – единственное, цена на него не очень высокая, потому что принимается в основному стеклобой. Но объемы сбора только у одного завода измеряются сотнями тысяч тонн по году, а если смотреть по отрасли, то это миллионы тонн, которые предприятия готовы принять и переработать. И так в отношении каждого материала и каждого раздельно собранного отхода.

Эксперт Сергей Завьялов рассуждает о том, что cтроить дома в России будут по новым правилам:

Реформирование строительной отрасли, как и любой другой отрасли, является естественным процессом эволюции и должно проходить в плановом, экспертном и профессиональном порядке. Да, наверняка в строительной отрасли накопилось достаточно большое количество избыточных, зарегулированных вещей и вопросов, которые снижали качество и сроки проведения проектов и сроки возведения объектов капитального строительства.

Да, наверняка их нужно было менять, трансформировать, и то, что сейчас процесс модернизации строительной отрасли происходит — можно только приветствовать. Вызывают крайне большое опасение те методы, которыми производится эта трансформация. Три тысячи восемьсот норм только в этом году и три тысячи норм в прошлом году — в таком пожарном порядке переоценить всю накопленную нормативную документацию в строительной отрасли, какие бы эксперты это ни делали, просто невозможно.

Эти нормы писали кровью, эти нормы писали годами, эти нормы были сверены и скоординированы со всей действующей системой. Не спорю, возможно, что эти шесть тысяч восемьсот норм избыточны. Но исправить их в рамках регулированной гильотины за два года — нереально. Такие правки могут привести к катастрофическим последствиям и для строительной отрасли в целом, и для жизни и здоровья граждан, которые будут пользоваться этими объектами инфраструктуры.

Особенно следует быть осторожными в применении так называемых норм новых материалов. Никто не спорит, что развитие индустрии строительных материалов происходит поступательными методами. Появляются новые изделия и материалы, но в обязательном порядке должна быть проверена безопасность этих изделий. В обязательном порядке должен быть установлен срок их службы и влияние их на экологию, на жизнь и здоровье человека, и только после этого эти строительные материалы могут быть разрешены к применению.

Будут ли в новых процедурах соблюдены эти регламенты — пока неизвестно. Если будут соблюдены — замечательно. Тогда следующий вопрос — а что мешало это делать поступательно? Будет ли процедура изменения строительных норм проходить в менее ажиотажном порядке? Отменили шесть тысяч восемьсот норм, а если завтра начнут рушиться дома, кто за это ответит? Пока непонятно.