Фото: Syda Productions / Фотобанк Лори

Эксперт Василий Козлов рассуждает о том, что Минэкономразвития назвало условия признания бизнеса семейным:

Я понимаю, что это решение прежде всего касается людей, достигших определенной финансовой состоятельности. Это вопрос наследования. Права наследования, особенно в части касающейся бизнеса, четко в законодательстве не прописаны.

Думаю, исходный посыл предложения Минэкономразвития именно в этом, в желании легализовать те капиталы, которые уже есть у семей. Хочу напомнить, что после войны, когда в Италии возникло милитаризованное правило как у члена триады Германия – Япония – Италия, там были утеряны целые отрасли.

И начиная с 46-го года они открыли, говоря современным языком, бизнес-инкубаторы для малого бизнеса, где сразу же предприятия регистрировались как семейные. То, что семейный бизнес исходно был источником быстрого развития предпринимательства в Италии, это факт.

Турин, Милан – современные гардеробы Европы – смогли стать таковыми именно благодаря развитию семейного бизнеса. Поэтому традиция семейного бизнеса давняя. И Минэкономразвития не изобрело в данной ситуации велосипед. Это восстановление упущенных эффективных решений.

Ну и потом, на мой взгляд, семейный бизнес – это способ вовлечь в общее дело безалаберных детей, которые уходят в виртуальные миры и не склонны продолжать дело родителей. Я вижу позитивный момент в этом предложении, хотя первая версия – это некая корысть тех, кто лоббирует такие решения.

Есть книга «Почему некоторые страны богатые, а другие бедные», которая роскошно объясняет причины развития одних стран и неразвития других. Там две версии, которые стоит упомянуть. Есть экстрактивный тип экономики, когда некая верхушка, экстракт, выжимает возможности страны в своих интересах. Мы сейчас видим эту ситуацию.

Вторая версия, которая является оптимальной, это инклюзивный тип развития экономики, то есть максимальное включение числа гражданского общества в предпринимательство. Поэтому инклюзивность – расширение круга вовлеченных. Если мы с этой точки зрения посмотрим на предложение Минэкономразвития, то оно позволит расширить эту вовлеченность.

Эксперт Василий Козлов рассуждает о  том, что в Санкт-Петербурге создадут центр промышленного искусственного интеллекта:

Границы мира – это границы нашего языка. Когда вводят новые термины, вдруг оказывается, что мы живем в цифровом мире, оставляем цифровые следы. И вообще идет цифровая трансформация. Многие не понимают, что это случилось уже давно.

Думаю, что искусственный интеллект – это некое аппаратное обеспечение, которое существует уже достаточно давно, возможно, не в таком объеме.

Идея сконцентрироваться на этом не может быть воспринята с осуждением. Поэтому новое всегда в некоторой степени отрадное. Собраться с силами и использовать имеющиеся ресурсы для какого-то прорыва нужно.

Не скажу, что мы находимся в каком-то большом отставании в данном вопросе от других стран. Есть некоторые разработки, где мы, наоборот, лидируем. Что касается центра промышленного интеллекта, то потребность в аккумулировании и оперативной обработке знаний назрела давно.