Эксперт Виталий Пуричи рассуждает о том, что госдолг за полгода вырос на 10%, до 25 трлн:

Увеличение размера государственного долга в пределах до 20% ВВП ни одним из экспертов не оценивается как критическое. Сам факт роста заимствований в настоящее время объясняется прогнозируемой растущей сложностью процессов в экономической сфере. В этих условиях государство вынуждено направлять средства и в социальную сферу, и в экономику во избежание кризисных процессов.

Поэтому в краткосрочной оценке можно говорить о том, что государство уверенно регулирует процессы, позитивно смотрит на перспективы и возможности обслуживания долга, а также формирует стратегию с учетом сложившихся реалий, переориентируя заимствования на внутренний рынок.

Неблагоприятные последствия процесса в долгосрочной перспективе связаны с ростом темпов инфляции и ростом ключевой ставки. Если эта тенденция продолжится, может возникнуть замедление в экономической сфере, связанное с дефицитом доступных кредитных ресурсов.

Внимание необходимо сосредоточить не на общих показателях заимствований, которые еще довольно далеки от кризисных значений, а на эффективности использования привлекаемых средств. Очень важно отслеживать тенденции в отраслях, наиболее уязвимых в санкционный период, обеспечить приемлемый уровень жизни и социального обеспечения граждан, не допустить спадов и консервации потребительской активности в условиях, когда экономика все более чувствительна к процессам на внутреннем рынке. Для успешного преодоления сложного периода не только приемлемо, но и необходимо задействовать дополнительные средства.

Консервативные меры, направленные на сокращение бюджетного дефицита, могут привести к углублению кризиса и долгосрочному падению всех социально-экономических показателей.

Эксперт Виталий Пуричи рассуждает о том, что властям регионов готовят наказание за превышение кредитной нагрузки:

Инициатива Счетной палаты обоснована и своевременна. Вопрос об эффективности использования заимствованных средств и размера долга бюджетов региона должен находится под постоянным контролем.

Региональные власти всегда находятся в состоянии необходимости выполнения бюджетных обязательств, а также создания некоторых резервов для достижения тех же целей. Это особенно важно в условиях плохо прогнозируемой инфляции. Поэтому органы региональной власти ищут способы получения средств, покрытия задолженностей по имеющимся обязательствам. Но текущие проблемы не исключают необходимость инвестиций, которые обеспечат развитие.

Счетная палата оперирует формальными инструментами, которые основаны на количественной, но не качественной оценке. Запретительные меры приведут к тому, что региональные власти будут вынуждены становиться более изощренными в решении текущих задач по поиску финансовых средств. Вопрос же качественного обеспечения процесса инвестирования в проекты регионального развития запретительными мерами вряд ли удастся решить. Необходимы инструменты, корректирующие деятельность органов государственной власти по обеспечению эффективного инвестирования в регионе. Это должны обеспечить независимые институты со стороны бизнес-сообщества, но в условиях глубокой интеграции власти и бизнеса такие институты работают слабо.

Запретительные меры, наказания как часть инструментов управления необходимы только в сочетании с инструментами стимулирования качественных изменений в состоянии региональных социально-экономических систем. Если просто прикрыть доступ к финансовым средствам, это может иметь негативные социальные последствия. Невыполнения бюджетных обязательств по социальным направлениям будут иметь еще более глубокий негативный эффект, нежели сложившаяся на данный момент ситуация.

Эксперт Виталий Пуричи рассуждает о том, что стоимость оливье снизилась впервые за несколько лет:

Цены на продукты питания во многом определяют качество жизни большинства россиян, потому что доля в общем объеме расходов россиян для многих семей остается значительной. Изменение цены в сторону снижения указывает на то, что качество питания может быть выше, что важно как для здоровья, так и для ощущения комфорта и удовлетворения в жизни россиян.

Следует обратить внимание на то, что цена на продукты определяется урожаями текущего года, которые в существенной степени зависят не от применяемых аграриями технологий выращивания, а от природных факторов. В частности, от погоды. Мы не всегда можем обеспечить благоприятные условия жизни для граждан и зависим от дождей и солнца. Речь идет даже не о стихийных бедствиях, которые неизбежно оказывают существенное влияние, а о том, что в своей деятельности в сельском хозяйстве мы не можем справиться с недостатком или избытком влаги или солнечного света.

К сожалению, имеет значение также и то, что при избыточном урожае во многих случаях производитель не только не выигрывает, но и может быть разорен. Избыточный сельский продукт приводит к снижению закупочной цены и снижению доходов крестьянина. Расходы при этом на сбор урожая растут вместе с объемами. И несмотря на все это, снижение стоимости новогоднего стола производит очень благоприятное впечатление и вселяет надежду на рост благосостояния и в следующем Новом году.

Эксперт Виталий Пуричи рассуждает о том, что в ЦБ увидели риски ускорения инфляции:

Рост рублевой массы в условиях дедолларизации является закономерным следствием. Рост расходов бюджета в условиях геополитической неопределенности также может повлиять на рост темпов инфляции. Отсюда возможен рост цен на потребительские товары. Конец ноября-начало декабря ознаменует старт предрождественского потребительского бума, а товарная масса в настоящее время весьма ограничена санкциями, снижением объемов импорта, уходом ряда иностранных производителей с российского рынка.

Все это неизбежно вызовет рост цен, который может стабилизироваться в постпраздничный период, а может сохраниться как устойчивая тенденция.

В таких условиях важно использовать момент для стимулирования внутреннего производства. Вот только политические вопросы закрывают на сегодняшний день важность реализации планомерной и стратегически верной экономической политики. Очень хочется надеяться, что в управлении страны не все руководство занято политической темой, и долгосрочные стратегические направления найдут место в решениях настоящего времени.

Тогда рост цен может выступить мотиватором для развития отраслей производства потребительских товаров и сферы услуг, емкости которых в настоящее время явно недостаточно, и отток избыточных средств в эти сферы может стать важным механизмом развития экономики страны. В этом случае можно получить положительные сдвиги, которые могут иметь позитивный и долгосрочный эффект.

Эксперт Виталий Пуричи рассуждает о том, что в ЦБ дали первые оценки возможного влияния частичной мобилизации на экономику:

Ситуация в экономике России может характеризоваться индикаторами неопределенности как в разрезе отдельных отраслей, так и в территориальном разрезе. На данный момент негативные ожидания оказались выше реальных эффектов, тем не менее, перспективы просматриваются только на кратчайшие сроки.

Очевидно, что на данный момент мы не видим существенных отклонений рынка труда, сбоев в производстве основных товаров народного потребления и отклонений в работе финансовой системы. Можно предполагать ослабление рубля, что может положительно сказаться на работе экспортных производств и решении вопросов переориентации экспорта.

Факты возвращения на российский рынок зарубежных партнеров и изменения политической реакции экономического сообщества за рубежом можно толковать как положительные тренды. Однако прогнозные возможности чрезвычайно ограничены, и оценка ведется только на основании свершившихся фактов, без долгосрочного видения.

Эксперт Виталий Пуричи рассуждает о том, что Минфин предложил изменить распределение налога на прибыль по регионам:

Факт, что власть обращает внимание на необходимость правильной организации фискальной системы, конечно, следует рассматривать как положительный. Да, уровень заработной платы в регионах различен, и это не связано с каким-то конкретным регионом, а с состоянием рынка труда каждого конкретного региона.

В позиции о том, что деньги должны оставаться там, где производится продукт, тоже нет ничего противоречивого. Если регион депрессивный и в нем низкий уровень заработной платы в целом, то лишать его на основании этого факта возможности к получению налогов было бы неправильно. И то, что теперь этот факт не будет учитываться, поспособствует поддержке слабых регионов.

Таким образом, инициатива в целом положительна. Остается только надеяться на то, что гораздо более сложные противоречия, заложенные в существующей фискальной системе, привлекут внимание, и государство возьмется за ее фундаментальное реформирование.

Эксперт Виталий Пуричи рассуждает о том, что ФАИП превращают в пятилетний план по стимулированию экономики:

Политическая реальность ведет к возникновению ряда экономических проблем. В их числе — замедление инвестиционных процессов и появление застойных проектов, которые в условиях другой политической реальности могли бы быть успешно реализованы. Конечно, в такой ситуации помощь органов государственного управления совершенно необходима.

Помощь, в том числе, должна иметь финансовую форму. Выделение средств из бюджета требует жесткого государственного контроля за эффективностью использования этих средств. Однако предлагаемые меры превращают процесс контроля в самостоятельный и, возможно, самодостаточный процесс. Такая сложная структура взаимодействия различных госорганов практически нивелирует фигуру предпринимателя, в интересах которого эта помощь и осуществляется.

Для кого будут создаваться объекты? Если не коммерческие объекты, то такой контроль вообще лишен смысла, потому что контроль необходим для выявление наиболее перспективных проектов, которые обеспечат развитие экономики, то есть буду иметь коммерческий эффект. Но только усилиями государственных структур такую селекцию провести невозможно. В условиях, когда естественным образом всплывает огромное количество препятствий для развития отечественного бизнеса, создание дополнительных государственных структурных барьеров может существенно затормозить процесс стимулирования экономического развития.

Эксперт Виталий Пуричи рассуждает о том, что бюджетные доходы снизились лишь в двух из 85 регионов России:

Положительная тенденция ожидаема, потому что пессимизм пандемии был чрезвычайно высоким. Экономика оказалась достаточно эластичной, чтобы приспособиться. Достаточно быстро люди привыкли к новым условиям и, иногда игнорируя существующую опасность, иногда приспосабливаясь по мере возможности, смогли вернуться к нормальной жизни.

Сфера обслуживания показала высокую способность меняться, приспосабливаясь к условиям. Поэтому результат 2021 года оказался выше года 2020. Такие результаты могут быть причиной того, что мы поверим в собственные силы, перестанем бояться пандемии, инфляции или санкций. Очевидно, что именно сфера обслуживания показала примеры того, насколько гибкой и способной к поиску решений может быть российская экономика.

Сдерживающим рост фактором остается только низкая платежеспособность населения. Низкие доходы, которые сдерживаются страхом перед инфляцией. И это не верно, потому что экономика готова осваивать новые формы обслуживания, наращивать качество предлагаемых товаров и услуг, и финансовые вливания могут вызвать не только инфляцию, но и развитие.

Эксперт Виталий Пуричи рассуждает о том, что в РФ предложили установить наценки до 5% на 60 продуктов:

Выдвинутое Минпромторгом предложение об ограничении наценки на продовольственные товары до уровня 5% может рассматриваться как попытка обеспечить доступность товаров первой необходимости широким слоям населения. Однако такие меры напоминают нерыночные инструменты ценового регулирования, используемые в Советском Союзе. Искусственное снижение цены — механизм, работающий краткосрочно. Такие меры могут оказать отрицательное воздействие как на производителей этих товаров, так и на ритейлеров, торгующих ими, и количество этих товаров на рынке может сократиться. Это неизбежно приведет к росту себестоимости, что повлечет за собой углубление продуктовой инфляции.

Такой негативный исход, может, и не проявится, если реакция на ситуацию со стороны правительства будет гибкой, и в случае неблагоприятных тенденций и изменения выбранных индикаторов приведет к отказу от выбранной политики. Однако сложный бюрократический механизм введения подобных ограничений не дает нам таких надежд.

Хотелось бы увидеть рыночные механизмы поддержки, например, помощь производителя в организации реализации своей продукции в обход купных сетевых ритейлеров, тогда усиление конкуренции может привести к снижению цены, либо обеспечение налоговых льгот для производителей социально значимой продукции, реализующих свои товары на комфортных для уязвимых слоев населения условиях. Существует множество механизмов, кроме прямого контроля цен, но они предполагают долгосрочный эффект, по которому сложно отчитаться о выполненной работе, у нас важнее рапортовать о решении проблемы, нежели бороться с причинами ее возникновения.

Эксперт Виталий Пуричи рассуждает о дефиците бюджета в каждом четвертом регионе:

Дефицит региональных бюджетов как особенность бюджетной системы России сформировался еще в 90-е годы. Региональной власти было гораздо удобнее получать значительные суммы в результате выравнивания бюджетного дефицита, чем прилагать огромные усилия для формирования собственной налоговой базы для наполнения своего бюджета. Такая ситуация было весьма выгодной и федеральному уровню власти. За счет трансферов обеспечивалось давление федеральной власти на субъекты и таким образом обеспечивалась реализация политических интересов федерального уровня.

То, что такая ситуация отрицательно сказывается на экономическом развитии, было вторичным, по сравнению с политическими интересами государства. Теперь ситуация меняется. Пандемия сделала социально-экономическую систему не стабильной и слабо прогнозируемой. В результате все бюджетные уровни занизили планку, понимая, что в случае объективного кризиса не смогут выполнить своих обязательств. Приток средств за счет экспорта ресурсов еще сильнее смазал картину. При почти полном отсутствии экономического роста мы видим, что субъекты вполне самодостаточны. Какая интересная новость… Таких субъектов оказалось две трети!

Профицита бюджета страны никто не ожидал, но мировая экономика внесла свои коррективы, а вот межбюджетный феномен оказался вообще из ряда вон. Не так далеко время, когда профицитный бюджет был всего в девяти (!) регионах, а теперь их две трети. А за счет чего? За счет управленческих решений. Так а раньше что мешало? Это фундаментальные вопросы. То, что органы власти показывают ситуацию как собственную победу — это хорошая мина при плохой игре, они не могут объяснить, какие экономические процессы обеспечили возможность закрыть субъектам собственные потребности.

А то, что экономика идет на спад, доходы населения растут очень медленно, а инфляция набирает обороты — вот это еще более важный вопрос, на который власти нужно найти ответ. А на что будут потрачены профицитные деньги? Можем ли мы рассчитывать на рост благосостояния, рост производства, стабилизацию инфляции? Посмотрим.