Эксперт Виталий Ашмарин рассуждает о том, что Минфин не поддержал отмену акциза на электросталь, но предложил льготы:

На мой взгляд, ситуация в металлургии уже вышла за пределы разумного. Совершенно прав [первый вице-премьер Андрей] Белоусов, который говорит, что никуда не годится, когда металлурги, химики, производители удобрений в России зарабатывают огромную прибыль, а потом ее выводят из страны. И совершенно абсурдно, что сверхприбыль тратится на дивиденды.

Ситуация парадоксальная: деньги эти зарабатывают комбинаты, тысячи людей, а дивиденды – чуть ли не все 100% прибыли – достаются конкретному собственнику, и он эти доходы выводит. В Европе сейчас такой процесс стараются ввести в рамки, чтобы не 1% граждан-миллиардеров жирел, а 99% остальных граждан получали больше. У нас же пока никаких рамок для этой сферы нет, и пресловутый 1% набирает и набирает вес, а у остальных уже 10 лет реальные доходы падают. И в первых рядах российских миллиардеров – как раз металлургические олигархи. Самые богатые люди у нас – это Мордашов, Лисин, Потанин, то есть именно металлурги.

Не знаю, быть может, элекрометаллургия находится в каком-то специфическом положении и несет большие убытки. Но в целом металлургические комбинаты работают в уже описанной парадигме, получая значительный доход, сосредотачивая его в руках немногих и выводя за рубеж. Так что просьбы о льготах, об отмене акцизов выглядят просто вызывающе. Они делают ситуацию сверхабсурдной.

Если бы прибыль вкладывалась в производство, еще можно было бы понять такой запрос, но когда она выводится вся из страны – это ненормально. Это ситуация XIX века, не выгодная никому, кроме непосредственно собственников. Так что я понимаю, почему Минфин не поддерживает идею освобождения от нового акциза.

Эксперт Виталий Ашмарин рассуждает о том, что АЕБ ожидает исторического максимума рынка спецтехники в 2021 году:

Во-первых, у нас строительство автодорог идет гигантскими темпами: вы видите, сколько денег выделяется, в том числе и по нацпроекту, связанному с дорожным строительством. Это один из нацпроектов, который финансируется практически в полном объеме.

Соответственно, спрос на строительную технику растет. Причем если при создании легкового автотранспорта действительно используется большое количество электроники и дефицит чипов сказывается на ситуации, приводит к дефициту автомобилей, то в дорожной технике это сказывается в гораздо меньшей степени.

Вот, например, наш Челябинский механический завод загружен заказами в этом году по полной программе. Все, что имеет отношение к дорожным работам, расхватывают очень активно.

Так что подъем производства дорожно-строительной техники и спецтехники связан и государственным финансированием, и меньшей зависимостью этой техники от электроники, чем у легкового автотранспорта. На мой взгляд, это два главных фактора, которые позволяют не сдерживать рост производства этой техники. Ну, и еще господдержка строительству оказывается очень активно. Это тоже играет роль.

Эксперт Виталий Ашмарин рассуждает о том, что уровень загрузки производства упал ниже 60% впервые за 12 лет:

Проблема спада промышленного производства глобальная. Десять лет наша экономика топчется на месте. Темпы роста не превышают примерно 1%, с учетом последнего года еще ниже. Несмотря на то, что нам говорят, что восстановление началось, идет оно очень медленно.

На мой взгляд, простого решения проблемы, безусловно, нет. Но ключевые причины медленного восстановления заключаются в очень небольшой помощи правительства бизнесу. Если сравнить эту помощь с объемами помощи в США, Китае и Европе, то она значительно уступает. Плюс ко всему, довольно пассивная политика Центробанка и Минфина, которые фактически определяют последние много лет экономическое развитие страны. Я хочу подчеркнуть — ни Минэкономразвития, а Центробанка и Минфина. Эльвира Набиуллина не так давно заявила, что ключевая задача Центробанка — это борьба с инфляцией. Центробанк планирует поднять ставку рефинансирования, а это еще больше скажется на замедлениях темпов роста.

Если в рамках новой денежной политики в США и в Европе выделяются огромные деньги, просто космос какой-то — два триллиона долларов (в рамках последней программы США), то в рамках нашей программы цифры в разы меньше. Это первый момент. И второй момент — сам бизнес выводит из страны деньги. Отток капитала не прекратился, он огромен. Бизнес не вкладывает в развитие, так как не видит перспектив, поэтому и выводит деньги. Вот это две основные причины, которые влияют на падение промышленного производства.

Эксперт Виталий Ашмарин рассуждает о том, что Уралвагонзавод не нашел покупателей вагонов на 2021 год:

Все прекрасно понимают — коммерческое предприятие живет, когда есть денежный поток. Если денежного потока нет, а продукция производится, то возникает вопрос — откуда берутся деньги. Пути два: либо помощь государства (Уралвагонзавод — это системообразующее предприятие, и государство его не оставит), либо помощь коммерческих банков, но это верный путь к банкротству.

Таких предприятий, как Уралвагонзавод, можно посчитать на пальцах одной руки. Я уверен, государство должно спасти этот завод. Сейчас пока УВЗ будет работать на склад, так как другого выхода нет. Потребители у них — РЖД и структуры перевозчиков, но им вагоны пока не нужны. На дворе кризис, объемы падают. УВЗ — крупнейшее оборонное предприятие. Президент поставил задачу, что объем продукции на оборонных предприятиях должен быть не меньше 25%. Вот УВЗ эту задачу и выполняет, а покупателей нет. Кто будет спасать завод? Ответ очевиден — государство. Иначе будет крах машиностроения.

Эксперт Виталий Ашмарин рассуждает о том, что Росстат зафиксировал рецессию в промышленности по итогам июня:

Я думаю, что даже по итогам бескарантинного июня о рецессии в промышленности говорить рановато. Да, основные отрасли восстанавливаются. Наконец-то полетели и поехали. Потихоньку начали оживать добывающие и обрабатывающие отрасли. По итогам за апрель-май, как и предполагали, увидели глубокое падение. В июле-сентябре промышленность войдет в привычное русло. Полагаю, что третий квартал будет определяющим. По итогам года изначально планировалось 2% прироста ВВП, а сейчас мы уже предполагаем, что ВВП упадет примерно на 5%-5,5%. Надо отметить, что в последнее время плановые цифры стали четко выполняться. Если Минэкономразвития запланировало падение 5-5,5%, то значит, таким оно и будет.

Эксперт Виталий Ашмарин рассуждает о том, что автозаводы в России останавливают работу из-за нехватки комплектующих

Во-первых, не все автозаводы останавливают производство. Во-вторых, дело не только в комплектующих. В ближайшее время станет понятно, по какому сценарию развивается ситуация с коронавирусом: итальянскому или азиатскому. Скорее всего, нас ждет азиатский сценарий, то есть все должно успокоиться достаточно быстро. Я думаю, через недели две-три мы увидим, по какому варианту пойдем.

Если все-таки верх возьмет итальянский вариант (хотя предпосылок для него нет), то спад производства будет мощным. Он сейчас уже нулевой. Об этом сказал Кудрин. Азиатский сценарий позволит нам довольно легко все преодолеть, и спада производства не будет. Китайские заводы были приостановлены на месяц, сейчас они заработали. Поэтому даже если и будет сбой по комплектующим, то минимальный. В ближайшие дни заводы начнут получать детали в полном объеме. Пока на наших предприятиях мы не видим никаких катастрофических событий. Все это временные трудности.

Эксперт Виталий Ашмарин прокомментировал падение оптимизма в российской промышленности до минимума 2016 года:

За последний год Росстату перестали доверять. После того, как они вдруг неожиданно стали сообщать о резком росте благосостояния граждан, о резком росте промышленного производства. Падало-падало два квартала, и вдруг в третьем квартале начался скачок промышленного производства. Причина здесь очевидна, и объясняется изменением методик подсчета Росстатом поступающей информации.

Когда проверяется альтернативная информация, берутся другие показатели, картина меняется. Росстат нас уверяет в росте производства и росте реальных доходов населения. Но стоит изменить методику, взять другие показатели, как это сделали специалисты из института экономической политики имени Гайдара, и картина получается совсем другая.

С Росстатом такие метаморфозы произошли после того, как он стал подчиняться Орешкину. Росстат стал просто выполнять заказ правительства. И всеми своими методиками они показывают рост. Но, к сожалению, рост этот мы видим не на практике, а только в цифрах Росстата. По словам альтернативных источников, рост промышленного производства есть, но очень небольшой – 0,5-1%. Никак не под 3%, как показывает Росстат. Стагнация продолжается.

Эксперт Виталий Ашмарин рассуждает о том, что контроль за зарубежными счетами российских компаний ужесточился:

Мне кажется, что смысл в этом ужесточении есть. Почему? Недавно было опубликовано научное исследование, которое показало, что до 100% прибыли крупнейшие компании выводят из страны в оффшоры.

Вы же видите, что инвестиционная активность в стране на нуле. Вкладывает только государство, бизнес ничего не вкладывает, выводя деньги из страны. И все призывы выйти из оффшоров игнорируются.

Бизнес не доверяет власти, а власть не доверяет бизнесу. Вот и все взаимоотношения. Одни стараются деньги спрятать, другие – найти.