Эксперт Олег Сухарев детально разобрал особенности российского рынка труда в контексте безработицы:

Безработица и сейчас довольно высока – это не 5 или 5,5% как рапортуют соответствующие службы. Проблема в её учёте, в том, кого считать безработным. Реальные сокращения людей, потери мест работы наблюдались в российской экономике и в 2017, и в 2018 гг. Кроме того, число предприятий в экономике сократилось на 25% за последние 8-10 лет.Это утяжеляет структуру экономики (монополизирует её) и сужает возможности поиска работы.

Причина того, что официально безработица низка – в её регистрации, а также в том, что малый бизнес демпфирует ее рост. По причине вовлеченности в малый бизнес люди не регистрируются на бирже, не считаются безработными официально, но таковыми являются по факту.

Конечно, “пенсионная авантюра” внесёт свой вклад в рост безработицы. Поэтому прогноз вполне правдоподобен, только на практике ситуация будет примерно на 500-700 тыс, а то ещё на миллион хуже, чем заявлено.

Кроме того, у нас 5 млн. работающих бедных на очень низко оплачиваемой работе . Такой феномен формально не отнесёшь к безработице, но условно можно считать эти 5 миллионов безработными, так как занятость их формальная, они едва сводят концы с концами, точнее не сводят их.

Эффект оттого, что повышение пособия по безработице может несколько увеличить безработицу – известен давно, однако такое увеличение не бывает большим, в случае эффективно работающей экономики. Если экономика неэффективна и имеются 5 млн человек работающих бедных, то повышение пособия может сильнее влиять на увеличение безработицы. Всё зависит от размера увеличения.

Оценка уровня безработицы методами экономико-математического моделирования требует доступа к оценке самой модели, её правдоподобия. Поскольку сама модель не публикуется, гадать, верен ли прогноз Минтруда – “сизифов труд”.

Скорее всего, судя по оценкам и проводимой политике, реальная ситуация и её оценка в правительстве, это всё равно как события на Земле и на Марсе! Видимо, не понимают реальную ситуацию в экономике! И это подлинная проблема!

Регистрация на бирже, конечно, зависит от величины пособия: чем оно выше, тем при прочих равных, человек будет склонен зарегистрироваться. Методика МОТ также далека от совершенства, хотя она якобы учитывает всех, не имеющих работы.

Есть оценки теневой занятости итальянского института ИСТАТ по недогрузке фондов в сопоставлении с занятыми. Однако и они не совершенны. Свёртывание производств, сокращения в бюджетной сфере являются реальными выражениями политики сокращения, а не увеличения занятости. В этом также состоит основная проблема!

От предпенсионеров будут освобождаться в зависимости от состояния производства и решаемых бизнесом задач. Если конъюнктура будет низкой, то люди предпенсионного возраста окажутся никому не нужными. Главное- соблюсти поправку в уголовный кодекс и до её вступления в силу, работодатель спокойно будет сокращать предпенсионеров.

Сегодня специалист в 52 года, женщина со знанием языка, с дипломом  МГУ, проработавшая в банке 19 лет на должностях принятия решений – никому не нужна на рынке труда. В стране нет работы – вот в чём смысл и состояние рынка труда, а не в избыточности или отсутствии избыточности на рынке труда. Человеку не всё равно в качестве кого трудиться. Поэтому рынок труда не стоит представлять однородно.

Трудиться вынужденно по другим профессиям, которые предлагает рынок или биржа труда- не всякий способен. Да и вынужденный труд, работа не по призванию угнетают человека. Такие вещи вообще не учитываются никем. Правильно сказал Оскар Уайльд “Экономисты – это люди, которые всему знают цену, но ничему не знают ценности!”