В Верховном суде высказали ряд предложений по изменению судебной системы. Их анализирует эксперт Ян Чеботарев:

Я считаю, что те предложения, которые высказываются сейчас, в большей части носят все-таки косметический характер. Уже сейчас по некоторым категориям дел, рассматриваемых, например, мировыми судами, судьи могут не выносить мотивированного решения, если в установленный законом срок — 5 дней — сторона не обратится с соответствующим запросом. Я не думаю, что распространение этой практики на другие категории дел, на арбитражный процесс, облегчит положение судов. Как правило, каждый судебный спор проходит несколько инстанций: после суда первой инстанции его можно попытаться перенести в апелляционные инстанции и отменить решение. Соответственно, всегда будут запрашиваться мотивированные полные решения, с расшифровкой, почему тот или иной судья пришел к тому или иному выводу. Может быть, снижение нагрузки здесь и произойдет, но только в отношении тех случаев, когда в споре принимают участие люди, абсолютно далекие от юриспруденции. Если мне не изменяет память, то поправки, которые предлагаются сейчас Верховным судом, среди прочего предусматривают и обязательное наличие высшего юридического образования у представителя. Соответственно если здесь и произойдет какое-то снижение нагрузки на судей, то только в тех случаях, когда дипломированный юрист в процессе не участвует (когда гражданин Иванов судится с гражданином Петровым самостоятельно, без привлечения специалиста).
Что же касается всего остального, то, на мой взгляд, это чистой воды декорация. Я все-таки считаю, что наличие в суде апелляционной инстанции трех судей более благотворно сказывается на объективности рассмотрения спора, нежели если это решение принимается единолично каким-то судьей. Во всяком случае могу апеллировать к народному опыту, когда одна голова хорошо, а две-три — гораздо лучше, тем более, и присяжных 12 человек, а не два народных заседателя.
Что же касается судебных отводов, то по практике оснований для них не так много. Я за двадцатилетний опыт работы всего один раз сталкивался с отводом судьи, и то по достаточно формальному основанию. На практике отвести судью практически невозможно. Лишать стороны пусть даже теоретического шанса обосновать заинтересованность, предвзятость судьи другому специалисту несколько нечестно. Рассчитывать на высокий уровень правосознания, когда сам судья будет рассматривать вопросы собственной заинтересованности — это, на мой взгляд, некоторое лукавство.
Предложение расшифровать в Уголовно-процессуальном кодексе понятие предпринимателей, которые не подлежат арестам по экономическим преступлениям, я считаю, здравым. На самом деле закон должен быть понятен. Это правила игры, которые доводятся до всеобщего сведения. Соответственно, если закон неясен, нельзя требовать его соблюдения всеми. В настоящий момент большинство предпринимательского сообщества благодарно Дмитрию Медведеву за те послабления, которые он в своё время ввел поправками в Уголовно- процессуальный кодекс, но суды абсолютно по-разному трактуют понятие “предприниматель”. Кто-то говорит о том, что мошенничество, пусть даже и совершенное в ходе осуществления какой-либо коммерческой сделки, не является предпринимательством — это нормальное преступление. И соответственно здесь никакого иммунитета от меры пресечения в виде заключения под стражу человек не может иметь. В этой связи давно назрело разъяснение, в отношении кого и в каких случаях можно брать под стражу, а в отношении каких категорий не стоит этого делать.
Усиление требований к судьям и следователям при продлении мер пресечения тоже можно считать весьма объективным.
Проблема нашей судебной системы состоит в том, что у нас очень много имитаций, причем на всех уровнях судебной системы. Можно получить многостраничный приговор, в котором по существу ничего. Можно еще раз обратить внимание судей на то, что при избрании меры пресечения необходимо заново исследовать целесообразность и необходимость этой меры, хотя, на мой взгляд, это повторение пройденного, потому что такие разъяснения уже есть, в большом количестве их давал Верховный суд. Просто эти рекомендации не исполняются.
Процессуальная реформа назрела достаточно давно. Однако, я не уверен в том, что она будет радикальная. Система будет пытаться эволюционировать, но приведет ли это к изменению судебной системы России либо все это будет абсолютной декорацией — покажет время. На мой взгляд, основная проблема судебной системы РФ заключается в ее излишней централизации и отсутствии реальной независимости судей. Система единоначалия приводит к большому количеству проблем. Вот это зерно проблемы вряд ли будет рассмотрено, и вряд ли ситуация разрешится в обозримом будущем.