© Кекяляйнен Андрей / Фотобанк Лори
Россияне в большей степени озабочены возможностью потери работы, чем жители других стран. Как пишет газета «Известия», об этом свидетельствует исследование аналитической компании Ipsos. По ее данным, тревогу из-за опасности увольнения испытывают 75% российских граждан. Эксперты отмечают, что такие настроения сильнее всего в сфере малого и среднего бизнеса, который более других пострадал в результате пандемии коронавируса.
Результаты исследования выглядят объяснимыми на фоне итогов опроса, который провел для газеты сервис поиска кадров Headhunter (Нh.Ru). Этот опрос показал, что каждый пятый работодатель в России (а именно – 22%) планирует к концу года сократить численность сотрудников. Количество открытых вакансий при этом, как отметили опрошенные газетой специалисты, уже сейчас сокращается. В перспективе это грозит дальнейшим ростом безработицы.
По официальным данным, в России она не слишком велика: в настоящее время работы не имеют около 4,8 миллионов человек – такую цифру приводило 12 октября информационное агентство РИА Новости, ссылаясь на слова министра труда РФ Максима Котякова. Но специалисты не раз отмечали, что официальная безработица в стране заметно ниже реальной, так как на бирже труда регистрируются отнюдь не все и не сразу. Правда, в связи с введенными в России весной 2020 года временными мерами поддержки безработных число зарегистрированных граждан в этой категории увеличилось и приблизилось к реальным показателям, однако отнюдь не достигло их. К тому же стало ясно, что граждане всерьез обеспокоены возможным дальнейшим ухудшением ситуации с работой.
Исследование Ipsos проводилось в 27 странах, и среди всех именно российские граждане чаще всего отвечали положительно на вопрос о страхе потерять работу. Такой ответ дали 75% российских респондентов. На втором месте по доле граждан, озабоченных гипотетическими сокращениями, оказалась Испания – там так ответили 73% респондентов. На третьем месте Малайзия с 71% обеспокоенных возможной утратой работы. А меньше всех по этому поводу переживают граждане Германии (так ответили только 26%), Швеции (30%) и Нидерландов (36%).
По словам председателя комитета объединения «Опоры России» по трудовым отношениям и охране труда Дмитрия Третьякова, угрозой безработицы больше всего обеспокоены представители малого и среднего бизнеса. «В малом и среднем бизнесе задействовано около 37% населения страны, которые остались с пандемией практически один на один. Они практически самые незащищенные представители рынка труда, особенно в нынешних условиях. Скорее всего, именно они и попали в выборку респондентов», – полагает он.
По его мнению, в сфере малого и среднего предпринимательства ситуация сложна и без учета кризиса, так как этот бизнес во многом остается в тени. Это означает, в частности, и отсутствие нормальных трудовых договоров, и отсутствие профсоюзов. «Кроме того, субсидии малому и среднему невелики, и воспользоваться ими может далеко не каждый работодатель. А, например, профсоюзов, которые отстаивали бы права сотрудников и работодателей, как в других странах, у нас нет. Жаловаться по большому счету некуда. Трудовая инспекция и прокуратура – это, скорее, карающие органы, а не профилактические», – объяснил Третьяков.
Он убежден в необходимости создать профильный орган, который курировал бы интересы малого и среднего бизнеса на уровне правительства.
В то же время основатель сервиса подбора персонала SuperJob Алексей Захаров подверг сомнению результаты исследования Ipsos. По его мнению, в тех же США рынок труда много динамичнее российского, а потому маловероятно, чтобы россияне боялись увольнений больше, чем американцы. А в рейтинге Ipsos по доле тех, кто боится потерять работу, США оказались на 24 месте с 36% респондентов, которые назвали этот страх среди главных.
Правда, он признает, что страх потери работы, будучи одним из основных, в кризисные времена только усиливается. И по его оценке, реально без работы в России сейчас остались около 15 миллионов человек, если посчитать и тех, кто не вставал на учет на бирже труда, и тех, кто не озаботился поисками работы.
Добавим: заместитель председателя Федерации независимых профсоюзов России (ФНПР) Александр Шершуков отмечает, что хотя рост безработицы и замедлился, все же сокращения ее не происходит. Он подчеркнул, что восстановления и создания новых рабочих мест пока не наблюдается.
Любопытно, что на этом фоне только 48% россиян пользуются возможностью приобретения на своем нынешнем месте работы новых навыков, которые пригодились бы им в карьере. Это также показало исследование Ipsos. Оно проходило с 25 сентября по 9 октября 2020 года. В исследовании участвовали 12,4 тысячи человек.
Эксперт Руслан Долженко (д.э.н., директор Уральского института управления – филиала РАНХиГС. Екатеринбург) комментирует:
Объективно говоря, данные с одной стороны, правдивы, потому что мы — занятое население страны, не просто запуганы текущими проблемами из-за пандемии – у нас в культурном коде прописано опасаться будущего из-за его неопределенности. Есть известное исследование ценностных ориентаций работников разных стран, которое провел Хофстеде. Его выводы однозначны: боимся неопределенности, чувствуем себя отдаленными от людей, принимающих решения, руководителей, до сих пор мыслим коллективными целями, предпочитаем комфорт.
Естественно, столько всего случалось со страной на протяжении всей ее истории. Наши установки вроде бы должны стабилизировать действия государства (система соцзащиты, сохранения занятости, пенсионная система), но они сами постоянно реформируются, что уверенности не добавляет. Что касается остального. Да, профсоюзы у нас есть, что-то на разных уровнях они пытаются делать, но по старинке, исходя из традиций и установок. Этого недостаточно. Можно согласиться, что нужна структура, которая защищает не работников, а работодателей, особенно среди малого и среднего бизнеса. Но это все равно будет костыль, потому что в действующей системе координат проблемы неразрешимы, их можно только сгладить на время.
Те дополнительные проценты безработицы – это не безработные во многом, а официально не работающие, но занятые в неформальном секторе экономики. Их в любом случае нужно выводить из тени, но делать это постепенно, через создание новых официальных рабочих мест. Будут хорошие рабочие места – будет желание сменить место работы, будет отсутствие страха потерять работу. У многих работников действует стокгольмский синдром, их работодатель ужасен, задерживает зарплату, не выплачивает ее вовсе, не инвестирует в условия труда, но сотрудники держатся, потому что боятся и нет альтернатив.
Поэтому рекомендация проста: новые актуальные рабочие места, обучение сотрудников работе на них, вывод неформальной занятости из тени, гарантии отсутствия проблем и потрясений со стороны государства.