По показателям, характеризующим долю сектора МСП в экономике, Россия уступает многим странам. В частности, показатель численности субъектов МСП на 100 человек в России равен 2,0, что в 4,7 раза меньше, чем в Чехии, в 3,4 раза – чем в Швеции, в 2,7 раз – чем в Испании, в 2,1 раза – чем в Польше. Но и это невысокое число МСП в России в последние годы продолжает уменьшаться. Ольга Образцова из РЭУ и Александр Чепуренко из ВШЭ показывают в своей работе, что на самом деле сильный кризис в сфере МСП начался в России не с пандемией ковида в 2020 году, а гораздо раньше («Вопросы государственного и муниципального управления», №3, 2020):
«На основе показателей количества предприятий определенного возраста, выживших или умерших в течение года, нами составлена таблица смертности для малого бизнеса. Ее показатели позволили оценить среднюю продолжительность жизни МП, типичный возраст умерших предприятий и коэффициент расширения предпринимательского потенциала (далее – ПП), который отражает тенденцию роста или сокращения предпринимательской популяции
С 2005 г. по июль 2011 г. рождаемость организаций превалировала над смертностью, с 2011 г. соотношение рождаемости и смертности становится неустойчивым, предпринимательский потенциал в РФ то расширяется, то сокращается, затем, после кратковременного всплеска в 2015 г., резко падает, и расширение потенциала устойчиво сменяется его сокращением. В 2016 г. сектор МСП пересек черту депопуляции, и до настоящего времени этот процесс развивается с ускорением: в 2016-2017 гг. КРПП (коэффициент расширения предпринимательского потенциала) снижался в среднем на 30% в год, в 2018 — уже на 45%, в 2019 индикатор сократился более чем вдвое, а в 2020 г. снижение относительной интенсивности предпринимательского старта было зафиксировано уже по итогам I квартала.
Рождаемость МСП в РФ к началу лета 2020 г. сократилась на 12% и достигла минимального значения (менее 6%) за 15-летний период наблюдения. Данные статистики Евростата за тот же период показывают, что в странах Евросоюза наблюдались высокая рождаемость и низкая смертность малого бизнеса. В среднем по ЕС КРПП колебался на уровне около 120 вновь созданных организаций (в расчете на 100 ликвидированных), а в странах СНГ и Балтии (кроме Литвы) он был существенно выше среднего – например, в Словении – 179, в Латвии – 221.
Это свидетельствует об устойчивом и значимом снижении предпринимательской активности в России задолго до начала пандемии.
По мере разочарования определенных кругов государственно-политической элиты в экономическом и социальном потенциале малого бизнеса, начинается постепенное вытеснение из экономики «повседневного предпринимательства»: в столице и крупных городах начинается борьба с нестационарной торговлей, повышаются страховые взносы для индивидуальных предпринимателей, происходит выдавливание самозанятых и предпринимателей из неформальной экономики путем внедрения контрольно-кассовых аппаратов, сокращения наличных расчетов и отладки цифровых технологий налогового учета и контроля. Удивительно ли то, что в те же годы сектор реагировал на эти изменения в политике не только снижением стартов, но и резким ростом выбытий из бизнеса?»
Информационный канал «Proeconomics»