Иван Садов (Челябинск): Не стоит ожидать быстрого восстановления производства и спроса

Эксперт Иван Садов рассуждает о том, что сокращение промышленности в мае оказалось значительнее прогнозов:

Прогнозы по снижению выпуска в промышленности, в которых предполагалось, что в мае в годовом выражении падение составит от 6,8% до 8%, оказались оптимистичными. Реальный результат получился гораздо хуже: снижение в годовом выражении по результатам мая составило 9.6%. Стоит ли ожидать улучшения летом или осенью? В некоторых отраслях в мае наметилось значительное улучшение: производство легковых автомобилей упало в мае только в два раза по сравнению с четырехкратным падением в апреле. Но будет ли спрос на выпускаемую продукцию?
Чтобы ответить на вышестоящие вопросы необходимо оценить меры, которые Россия направила на борьбу с кризисом. Очевидно, что средств, которые у нас для этого выделяются, недостаточно для восстановления экономики (направлено всего 1,2% от ВВП).

Если взять такие страны как США, то там только денежные вливания (без учета налоговых послаблений) составили 27% от ВВП. И сейчас планируется еще один пакет мер размером 10-15% от ВВП и инфраструктурная реформа объемом $1 трлн. Такая помощь от государства уже имеет отклик: в мае продажи в ритейле без учета самых дорогих товаров (авто) выросли на 12,4% после падения на 16,2% в апреле. Учитывая автомобили, продажи в ритейле за май увеличились на 17,7% после падения на 16,4% в апреле. Если Россия увеличит размер антикризисных мер до 27% от ВВП, то это составит $394 млрд и будет равняться 70% от международных резервов, накопленных за два десятилетия. Очевидно, что такие решения у нас не будут приняты. На это есть свои причины.

Сейчас Россия вынуждена сократить добычу нефти на 18% по договору ОПЕК+, который действует до 2022 года. И даже после завершения мирового кризиса никто не ожидает высоких нефтяных цен. С приходом в индустрию технологических гигантов Amazon, Microsoft и Google, которые позволят нефтяным компаниям сократить стоимость производства, цены на нефть опустятся еще ниже. Нефтяные цены снижаются уже более 10 лет. Сначала средняя цена за 3 года была $100 за баррель, потом она опустилась до $55. Поэтому возможно, что в следующие 5-10 лет она будет в среднем около $40 за баррель. В таких условиях восстановление международных резервов, если сейчас 70% из них потратить на борьбу с кризисом, невозможно.

Поэтому не стоит ожидать быстрого восстановления производства и спроса. ВВП и федеральный бюджет России значительно зависят от производства нефти, добыча которой сократится на 18%. Это очень серьезное снижение. С учетом мультипликации на смежные и вспомогательные отрасли падение ВВП будет еще сильнее. Недавнее укрепление российской национальной валюты с 82 до 68 рублей за доллар никак не связано с положительными тенденциями в экономике. Наоборот, значительное влияние оказало снижение импорта, большая часть которого – основные средства производства российских предприятий: 50% ввозимых товаров – это машины и оборудование, а 19,6% импорта приходится на химическую промышленность. По оценкам Центробанка, импорт в 2020 году снизится на 18%. Поэтому сейчас российские предприятия сократили инвестиции, и в будущем это также будет препятствием для роста выпускаемой продукции.

Если вернуться к рублю, то при любом развитии ситуации, быстром или медленном восстановлении экономики, он продолжит снижение. Даже если произойдет лучший сценарий и экономика будет восстанавливаться быстрыми темпами, это будет означать высокий спрос на импорт и внешний туризм, что автоматически поднимет спрос на доллар. Также нужно помнить, что в условиях низких цен на нефть государству выгоден высокий курс доллара, так как федеральный бюджет РФ примерно на 53% зависит от нефтегазовых доходов.

Экспертные мнения