Сергей Хестанов (Москва): Подсчитывая возможные убытки от пандемии, нельзя складывать сумму затрат на поддержку и ожидаемое падение ВВП

Эксперт Сергей Хестанов рассуждает о том, что Минэкономики оценило антикризисные меры в 5–6% ВВП:

Подсчитывая возможные убытки от пандемии, нельзя просто складывать сумму затрат на антивирусную поддержку и ожидаемое падение ВВП. Так считать не следует из-за того, что между этими категориями имеются многочисленные перекрестные связи. Но если говорить о поддержке чисто механически, то, что касается цифр, для России они очень неплохи.

Достаточно посмотреть на зарубежный опыт, чтобы убедиться, что наиболее развитые страны в условиях пандемии потратили на поддержку ближе к 10% ВВП. Менее развитые – меньше. Чем выше финансовые возможности государства, тем, как правило, больше оно тратит на поддержку своего населения в кризисный период. Тут наблюдаются почти прямая зависимость

Можно сказать, что по этому показателю наша страна с расходами на уровне 5-6% ВВП довольно хорошо соответствует своим финансовым возможностям. Да, с одной стороны, те, кто нуждается в поддержке, всегда буду просить больше. С другой стороны, Минфин всегда будет настаивать на том, что нужно экономить. И, честно говоря, вряд ли у России, даже с ее довольно хорошими макроэкономическими показателями, была возможность потратить заметно больше. С этим практически все согласны.

Другой вопрос – что было много дискуссий о том, как именно тратить. Что правильнее – заниматься поддержкой бизнеса или поддержкой людей? И этот вопрос страны решали по-разному вне зависимости от своего богатства. Например, США сосредоточились на поддержке граждан. На это пошло много средств и, надо сказать, что в итоге некоторые получили в качестве пособия больше, чем получали в виде зарплаты. И совсем иной подход продемонстрировала Германия, одна из наиболее богатых европейских стран. Там помощь от государства получили предприятия, а граждане получали от них до 80% фонда оплаты труда.

В России избрали сложную смешанную стратегию: помогали и бизнесу, и гражданам – безработным, а также семьям с детьми. Мне кажется, рационально было бы сместить акцент в сторону помощи гражданам, а бизнесу, например, дать больше налоговых послаблений. Тем более, что мы оказались в условиях, когда упала выручка у целых отраслей бизнеса – например, у предприятий сферы услуг. Но в целом можно сказать, что действия российского государства по поддержке граждан и бизнеса довольно хорошо соответствует мировым показателям с поправкой на наши финансовой возможности.

И все же надо помнить, что это пока еще не итог. Да, Россия неплохо включилась в процесс. Но сейчас, когда возобновился подъем заболеваемости коронавирусом (а было понятно, что во всем мире идет осенний всплеск заболеваемости ОРВИ вызовет подъем и для этой инфекции), нельзя еще с уверенностью сказать, хватит ли уже принятых мер. И это не станет яснее, пока мы, извините за надоевшее всем еще весной выражение, не выйдем опять на плато. Ну, или, скажем, пока не достигнем некоторой стабилизации ситуации. Скорее всего, это произойдет недели через две-три.

Тогда будет понятнее, как следует действовать в смысле поддержки, и в смысле ограничений. Конечно, вводить жесткие меры власти не хотят (и не только российские власти), и все-таки изоляция – это самый действенный метод предотвращения распространения вируса. Когда говорят о заполненности медицинских учреждений на 90-95%, это довольно грозная цифра. Но и остановка большого числа предприятий как продолжительная мера не годится. Вероятно, власти постараются сохранит некий баланс. И все же объективно результаты никак нельзя будет спрогнозировать, а можно только пронаблюдать.

Экспертные мнения