Куда и почему уходит местное телевидение

Региональные и муниципальные аналоговые телеканалы сокращают свое присутствие на рынке. Как напоминает газета «Коммерсантъ», уже в октябре 2019 года Россия должна окончательно перейти на цифровое вещание, и уже сейчас ясно, что третьего пула общедоступных цифровых каналов, на который рассчитывали некоторые участники этого рынка, создавать не планируется.

Фото: Александр Авилов / АГН «Москва»

Изначально предполагалось, что если первые 20 позиций займут федеральные каналы, которые можно будет смотреть по всей России, то 21-ю кнопку в каждом регионе будет занимать региональный канал, а 22-ю – канал муниципальный. Соответствующие нормы были даже закреплены законодательно. Правда, оказалось, что этих каналов кое-где все-таки больше, чем мест, отведенных в сетке цифрового вещания, и поделить места они не могут. В восприятии многих это означает ликвидацию канала.

О том, что происходит в сфере телевещания с региональными и муниципальными каналами после переключения федеральных каналов на цифровое вещание, а также о том, могут ли аналоговые телеканалы уходить в интернет, рассказал Олег Матвейчев, политолог, эксперт СМИ, профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

«Еще в 2011 году, когда я занимал должность заместителя губернатора в одном из регионов, все местные региональные телеканалы знали о том, что предстоит цифровизация, и прекрасно понимали, что уход в цифру от аналогового вещания – неизбежный процесс. Их об этом предупредили, и они тогда уже ужасались: мол, что творится, нам же придется с трудом выживать или даже исчезнуть чуть ли не через год!

Тогда вице-губернаторы обращались в соответствующие московские структуры и задавали вопрос, неужто прямо-таки кого-то вот-вот собираются истребить? В ответ прозвучало, что никаких срочных мер приниматься не будет – мол, раньше 2013 года ничего не начнется, а то и раньше 2015 года. А может, даже раньше 2019 года не станут ничего делать.

Как мы видим, сейчас, когда 2019 год на дворе, этот процесс еще только идет и только в некоторых регионах. То есть у людей было чуть ли не 10 лет для того, чтобы приспособиться к этой ситуации или найти выход. Никто не может прийти и сказать, что ему на корню губят бизнес, не дают спастись.

Фото: АГН «Москва»

Некоторые телеканалы (и в том регионе, где я работал, тоже был такой телеканал) совершили плановую ликвидацию. Без банкротств, без «кидания» людей – спокойно, посчитав все активы и убытки, неторопливо самоликвидировались. Канал, о котором я упоминаю, проделал это в течение года. И сделано все было так, чтобы не пострадали ни учредители, ни работники, ни все остальные. Поступили они так потому, что решили: ни в какой мультиплекс они не попадут, и дальше им делать будет нечего.

В то же время другие каналы стали развивать интернет-направление, и за эти почти 10 лет их аудитория стала больше по охвату, чем была до ухода в Сеть на аналоговом направлении. Учитывая, что затраты в интернет-телевидении по производству контента значительно меньше, получается, что они еще и оптимизировали свои прибыли и убытки. А большинство стало превращаться в кабельное телевидение. Они стали развивать кабельные сети, заключать договоры с кабельщиками, которые есть в каждом городе, каждом районе, каждом муниципалитете, – и создали свою сеть.

Кстати сказать, это не мешает развитию интернет-направления. Словом, у них быстро восстановился тот же самый охват аудитории, что был до этого, и они снова стали продавать рекламодателям свое время, как делали прежде. Остались на бобах только те, кто все эти 10 лет стенал и говорил, что власть плохая. Но это те, кто плюет против ветра. Понятно же, что не будет такого, чтобы цифровизацию телевидения в России остановили, стали штамповать только старые телевизоры, работающие на аналоговых частотах, и жить по-прежнему в ХХ веке. Никто этого делать не собирается. Те, кто не приспособился, виноваты сами и пусть пеняют сами на себя. Ничего из-за них менять не станут.

Фото: АГН «Москва»

В сфере средств массовой информации подобные процессы в стране уже проходили; ну и вообще процессы такого типа в мире можно наблюдать в самых разных сферах. К примеру, если раньше у нас были заводы на 80 тысяч работников, заводы, занимавшие огромную часть города, то сейчас заводом может быть довольно скромных размеров цех, в котором стоят роботы и в котором трудятся всего 20 человек обслуживающего персонала. А продукции такой завод может выпускать почти столько же, потому что все в мире меняется.

Если посмотреть на медийную сферу, то меняется и она. Был процесс изменения районных газет: например, они некогда держали штат по 10 человек, а в результате делали издание очень маленького тиража, что явно не окупалось. Они тоже стонали, что теперь вымирают. И тоже кто-то приспособился, стал популярным, кто-то перешел на интернет-версии, кто-то оптимизировал штат. А кто-то продолжает только ныть до сих пор.

Но ведь мир действительно меняется, появляются другие технологии работы. Сейчас в мире – и в России в том числе – умерли целые профессии и даже целые отрасли. Мы что, будем противостоять прогрессу, вернемся в каменный век и будем ходить в шкурах, потому что привыкли? Нет, конечно же. Мы все приспосабливаемся ко времени, и точно то же самое делают сейчас региональные телеканалы», – сказал Олег Матвейчев.

Экспертные мнения