Алексей Рудковский (Салехард): Видно, что в «Норникеле» делают выводы и идут на контакт с госструктурами

Эксперт Алексей Рудковский рассуждает о том, что Потанин направил в Росприроднадзор два письма про аварию под Норильском:

Говоря об ущербе, нанесенном аварией экологии региона, следует понимать, что одну и ту же ситуацию можно обсчитать несколькими способами. Даже одно и то же геоисследование может обойтись в разные суммы в зависимости от того, кто его производил и как обсчитывал. Университеты ведут расчеты в одном порядке, коммерческие структуры делают это совершенно по-другому. И сказать, правильно ли это посчитано, очень сложно: многое зависит от того, кто, по вашему мнению, прав, а кто нет. Но кто бы ни был виноват, катастрофа случилась. Понятно, что много дешевле было профилактировать ее, чем устранять последствия, однако теперь придется заниматься именно их устранением.

На мой взгляд, в случае с норильской аварией Росприроднадзор прилагает большие усилия, чтобы вызвать впечатление, будто он решает проблему. Мне даже показалось, что в каких-то моментах он перегибает в этом. Понятно, что «Норникель» не откажется от своих обязательств, и если на него надавят, заплатит большой штраф. Но ведь этот штраф зависит от коэффициентов, от того, какие позиции обсчитываются, и именно потому он во столько раз больше той самой предварительной цифры, которую называл Потанин. Конечно, тут еще может начаться судебный процесс, который никогда в обозримом будущем не закончится, но, скорее всего, если компанию попросят власти, она заплатит. Или если ее все же обяжет суд – он поставит точку в этой истории. Но меня уже больше беспокоит другой аспект.

Сейчас все сосредоточились на возможностях решения вопроса об ущербе в судебном порядке, перешли к аргументам и цифрам. А важно все-таки смотреть на реальное положение дел и понимать, разрешилась ли проблема. Нужно максимально стабилизировать ситуацию, ликвидировать последствия и спрогнозировать, что будет дальше, какое эта авария будет иметь влияние на экологию. Ведь любое изменение в биосистеме влечет за собой колоссальные дальнейшие перемены – это видно даже на примере с высеванием на арктической территории травы из другой климатической зоны. Если такая трава появится где-нибудь на арктическом острове и окажется устойчивой к погодным условиям, она может вытеснить изначально свойственные этим территориям виды, что приведет к изменению не только растительного, но и животного мира. С аварией то же самое. Однако я пока не видел ни одного документа, который давал бы прогноз на будущее.

Что будет дальше с той территорией, которая была загрязнена разливом нефтепродуктов? Как она будет меняться? Это сейчас важнее, чем решение, кто прав, а кто виноват. И кстати, если посчитать ущерб с учетом прогноза по изменению территории, цифры будут еще больше. Правда, возникает вопрос, должна ли компания и это все ликвидировать, оплачивать, по сути, все на несколько лет вперед…

Сейчас, например, видно, что в «Норникеле» делают выводы и на контакт с госструктурами идут. Правда, на мой взгляд, иных вариантов у компании и нет. И та новая структура, которую создают в «Норникеле» для мониторинга технико-производственных и технологических рисков, думаю, своего рода работа над ошибками. Она формируется затем, чтобы в дальнейшем профилактировать то, что уже есть и нуждается в профилактике, а не затем, чтобы сделать эту структуру каким-то новым звеном в контактах с ведомствами.

Экспертные мнения