О госкомпаниях

Счетная палата пришла к выводу, что государство не знает, сколько в России насчитывается госкомпаний: более 90% госкомпаний работают в теневом секторе. Кроме того, что у Росимущества, Росстата и ФНС указано различное число акционерных обществ и ФГУПов, так еще Минэкономразвития отчитывается о состоянии 10 АО.

Отсутствие контроля приводит к различным негативным последствиям. То, что вознаграждение топ-менеджеров отвязано от реальных показателей предприятий – меньшая из проблем. Иногда это приводит к потере государством контроля над своими активами. Именно поэтому стало возможным размытие доли государства в структуре владельцев «Башкирской содовой компании» в 2013 году, из-за которого негодовал Путин.

Конечно, прокуратура начала проверку законности решений, которые привели к снижению доли государства с 62% до 38,28%. Но этим 7 лет на этот факт никто не обращал внимания. И хоть декларируется, что крупнейшего бенефициара БСК – АО «БашХим» (владеет 57,18% БСК) контролируют граждане России бизнесмен Дмитрий Пяткин и бывший первый вице-губернатор Ненецкого автономного округа Сергей Черников, по факту все упирается в кипрскую компанию «Модисанна Лимитед», владеющей «БашХимом».

Успехи прокуратуры не гарантированы – ту сделку по слиянию курировал и лоббировал вице-премьер Игорь Сечин. Именно он убеждал президента Башкирии Муртазу Рахимова в необходимости консолидации химической промышленности Башкирии. Но в случае надлежащего контроля за госимуществом, вопросы о законности сделок вообще не должны возникать.

Без размытия доли государства бюджет Башкирии получил бы по итогам 2019 года ₽4,4 млрд, а в нынешнем формате – лишь ₽2,7 млрд. Итого благодаря махинациям с госимуществом, в офшор только по итогам 2019 года ушли дополнительные ₽1,7 млрд.

Информационный канал «Кремлевский мамковед»

Экспертные мнения